Офицеры и джентльмены

– О, я просто кручусь поблизости от начальства. Похоже, что возникает весьма привлекательный вариант, о котором я пока не вправе говорить. Через пару дней буду знать точно. Возможно, мне удастся тебя пристроить. Ты уже появлялся в своей части?

– Собираюсь это сделать завтра. Я только сегодня сошел на берег.

– Будь осторожен, иначе можешь попасть под общую раздачу. Я бы на твоем месте как можно больше торчал в «Беллами». В наше время именно здесь раздают самые забавные посты. Конечно, если ты хочешь получить не самую унылую работу.

– Естественно, хочу.

– В таком случае не пропадай.

Они вернулись в зал. После отбоя воздушной тревоги там стало заметно свободнее. Маршал авиации, сидя на каминной решетке, беседовал с двумя членами парламента.

– …Элдербери, вы, заднескамеечники, можете совершить многое, если возьметесь за дело. Давите на министерства. Продолжайте давить…

Йэн Килбэнок словно в театральном фарсе осторожно высунул голову из дверей туалета, в котором скрывался от своего начальства.

Увидев шефа, он попытался поспешно втянуть голову обратно, но, увы, опоздал.

– А, Йэн. Вы как раз тот человек, который мне нужен. Двигайте в штаб, узнайте обстановку и позвоните мне домой.

– Узнать о сегодняшнем налете, сэр? Думаю, что он закончился. Они попали в «Черепаху».

– Нет-нет. Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. Речь идет о моей вчерашней дискуссии с маршалом авиации Даймом.

– Я не присутствовал на обсуждении, сэр. Вы меня отослали.

– Тем не менее вам следует быть в курсе…

Однако начинающаяся выволочка так и не обрела законченного вида.

Последний мощный аккорд, как хотелось маршалу, так и не прозвучал, поскольку из вестибюля появилась весьма странно иллюминированная фигура. Это был Джоуб. Разыгрывая лишь одному ему известный спектакль, он прихватил из обеденного зала серебряный канделябр о шести рожках. Джоуб держал этот осветительный прибор в высоко поднятой руке, и его ливрею украшали шесть восковых пятен. Присутствующие словно завороженные наблюдали, как эта фантасмагорическая фигура двигается в сторону маршала. Не дойдя нескольких шагов, Джоуб отвесил поклон, и расплавленный воск выплеснулся с канделябра на ковер перед ним.

– Сэр, – торжественным тоном объявил он, – экипаж подан.

Произнеся эти слова, он развернулся и походкой лунатика двинулся туда, откуда появился.

На какой-то момент в зале воцарилась тишина.

– Этот человек… этот человек… – начал маршал авиации, но его голос утонул в общем хохоте.