Офицеры и джентльмены

Но должны же и у него быть хоть какие-то принципы.

Гай не стал портить Эпторпу настроение, но в душе глубоко усомнился, что эти два антагониста вкладывают в понятие «принципы» одинаковый смысл. Следующий день подтвердил правомерность Гаевых сомнений.

Утром, во время построения (которое при новых порядках составляло тридцать минут усиленной муштры), на Эпторпе лица не было. Эпторп встал в строй рядом с Гаем. Последовало несколько мягких пасов, и Гай снова обнаружил, что держит записку. После первой же команды «Вольно», когда Эпторп нарочито отвернулся, Гай прочел: «Должен поговорить с тобой при первой оказии.

Прямая угроза».

Оказия не заставила себя ждать.

– Он сумасшедший. Маньяк, как есть маньяк. Он для общества опасен. Не представляю, какие шаги предпринять.

– Что он на сей раз вытворил?

– Едва не убил меня, вот что. Если бы не стальная каска, я бы сейчас с тобой не разговаривал. Он применил ко мне цветочный горшок, тяжеленный, как сам дьявол, с землей и засохшей геранью.

Прямо в темя подладил. Нынче утром. А ты говоришь – вытворил.

– Он что, метнул в тебя цветочный горшок?

– Нет: пристроил горшок на дверь садовничьей кладовки.

– А почему ты был в каске?

– Интуиция, дружище. Инстинкт самосохранения.

– Постой, ты же вчера вечером сказал, что инцидент исчерпан. Эпторп, ты что, всегда напяливаешь каску, прежде чем взгромоздиться на свой бушбокс?

– Краучбек, твои вопросы неуместны и даже, я бы сказал, праздны. Я о чем толкую? О том, что бриг – невменяемый тип.

Для человека, занимающего его положение, это принципиально. Кстати, для человека, занимающего наше с тобой положение, – тоже. Может такое время наступить, когда мы будем полностью в его власти. Что мне делать, Краучбек?

– Перенеси бушбокс на прежнее место.

– А может, следует доложить, куда, гм, следует?

– Вспомни про чувство собственного достоинства.

– Ты хочешь сказать, кое-кто сочтет мой случай курьезным?

– И даже очень курьезным.

– Проклятие! – воскликнул Эпторп. – Я совсем упустил из виду этот аспект.

– Давай-ка лучше выкладывай всю правду о каске.

– Ладно, раз ты такой любопытный. Знай же: я действительно последнее время с ней почти не расстаюсь. Полагаю, старина, если в общих чертах, здесь дело в ностальгии. Я воображаю, будто на мне пробковый шлем, и мне легче, если, конечно, ты меня понимаешь. Каска помогает расслабиться, когда я… ну, когда я пользуюсь бушбоксом.