Локомотив параллельного времени (сборник)

Мгновение – и она, как тряпичная кукла, взлетает в воздух и падает, ударившись о борт арены.

На табло тают секунды жизни.

Тоня бежит впереди быка.

Мы бросились на него с обеих сторон в тот момент, когда он сшиб Тоню с ног. Она не успела подняться. Стрела арбалета пришила её к песку, как бабочку.

Мы навалились сколько есть силы, и я, быстро выдернув из-под ногтя железную плату, полоснула зверя по артерии. Фонтан крови ударил мне в лицо.

В тот момент, когда на табло загудел сигнал «время истекло», я с победным криком подняла над головой вырванное сердце быка.

Толпа снова взревела.

Губернатор довольно улыбался.

Мы оба знали, что это блеф.

Шкуру на шее быка полагалось разгрызть.

Мушка и Тоня медленно возвращались к жизни, с трудом узнавая наши лица.

Мгновение смерти на первом уровне – это долгие годы в лесу хищных деревьев на втором уровне.

Мы – девочки-подростки. Так захотелось губернатору сейчас. Он превращал нас и в детей, и в старух, и в зверей.

Мы были русалками, кентаврами, крокодаврами.

Он наш творец.

* * *

Двух коней, коль хошь, продай, но Конька не отдавай,

На земле и под землёй он товарищ будет твой.

    («Конёк – Горбунок»)

Меня зовут Сонька. На вид мне шесть лет (это только на вид), мне всегда будет шесть лет. Я живу на Горячих Сопках. Я очень счастлива, потому что у меня есть Фаина. Она ещё не знает, что она у меня есть, но пока я рядом, с ней на Горячих Сопках ничего не случится.

Игорь был коренным москвичом.

Он жил в престижном доме и никогда не приглашал Фаинку к себе. Когда родители прослышали о ней, то серьёзно всполошились. Не только Игорю, даже Фаинке стало смешно.

– Тебя называют невестой.

– Решил жениться?

– Пригрозил.

Семья аппаратчиков.

Игорь ненавидел эту структуру. Но структуру не сломаешь. Структуру можно перехитрить. Игорь не хотел оказаться в роли отщепенца. Он хотел удалиться под благовидным предлогом и жить в лесу среди диких зверей и диких людей.

Однажды в мареве жаркого майского дня он увидел своё будущее: блики костра среди влажной листвы, блестящие от пота чернокожие лица, фляжка виски, идущая по кругу, незнакомая гортанная речь, прерываемая взрывами хохота, и себя среди них, в поношенном хаки.

Вспомнилась фраза из старинной немецкой сказки «Пронеси свечу через рощу». И в счастливом воспоминании о будущем он знал, что ему это удалось.

«Да, я шакал, но среди диких людей и зверей я стану человеком. А пока до этого далеко».