Локомотив параллельного времени (сборник)

– Так быстро?!

– А тебе там что, понравилось?

Он ещё долго ходил перебинтованный, как герой сражений. Появились провалы в памяти. В один из этих провалов угодил последний день рождения.

Повышенное внимание к себе он объяснял расовыми предрассудками.

– Ты что, расистка?

– А ты что, Патрик?

Смазливая дамочка пересела к нему поближе. Они ехали в трамвае по старому городу, обозревая живописный пейзаж в нежной дымке майской зелени.

– Попьём кофе где-нибудь? – как будто она его сто лет знает.

– А потом?

– А потом – что хочешь.

– Мне врачи рекомендовали с этим подождать.

– У меня есть для тебя лекарство.

Они сидели на террасе. На столике стояли две чашки.

– Я этот кофе пить не буду. Что ты туда всыпала? Отравить меня хочешь?

– Да, попей со мной кофейку, и я оплачу твои похороны. Ну, с какой стати?! Я хочу, чтобы ты всё вспомнил. Хотя я тебя, наверное, опять потеряю. Я хочу знать, что там за жизнь – в лесу.

Он попытался сосредоточиться. Кто-то вышел из тёмного туннеля его памяти.

– Постой! Да это же ты! Ты говорила, что любишь меня.

Делла иронически улыбнулась:

– Тебя все любят.

Убогая

Села я на подоконник, ноги свесив.

Он тогда спросил тихонько:

– Кто здесь?

– Это я пришла.

– Зачем?

– Сама не знаю.

– Время позднее, дитя, а ты не спишь.

– Я луну увидела на небе,

Я луну увидела и луч.

Упирался он в твоё окошко,

Оттого, должно быть, я пришла…

О, зачем тебя назвали Даниилом?

Всё мне снится, что тебя терзают львы!

    Цветаева

Там, далеко вверху, загорались первые бледные звёзды, а внизу, над самой землёй, сквозь последние алые лоскутки ещё пробивались жёлтые лучи.

Далеко в степи виден огонёк моего костра. Я сижу, просеивая сквозь ладони седые пряди дыма. И так я могу сидеть днями, неделями. Кто я? Упавшая звезда? Низвергнутый ангел?

Я – никто…

Я изгнана за гордыню, за ярость в сердце и за посмеяние над любовью.

Я утратила способность летать, но высоко надо мной парит моя душа, как зрачок молнии, и я вижу, как на все четыре стороны простирается степь.

Когда одолевает голод, я хватаю молниеносным движением пробегающих мимо полевых мышей и ящериц. Мне всё равно что есть, если меня лишили плодов райских садов.

Не влечёт меня и мрак лесов, и зловонная грязь городов.

Когда идёт дождь или мокрый снег, я блуждаю в степи.

А потом опять горит мой костёр среди снегов, или цветущих маков, или пожухлых трав.