Хрен с Горы

Лица моей свиты приобрели неподдельно почтительное выражение – так, пожалуй, они даже на нашего Самого Главного Босса не смотрят. М-да, всё же я ещё мало знаю о местных реалиях. Что это за тэми такая, которая такое уважение внушает всем? Надеюсь, озадаченное выражение на моей физиономии будет истолковано как проявление приличествующих моменту чувств. А то ещё, чего доброго, предстану в глазах присутствующих неграмотной деревенщиной.

– Для нас всех высокая честь, что на нашей скромной трапезе будет присутствовать Солнцеликая тэми.

 – Надо же, я уже без подготовки научился выдавать фразы на местном витиеватом языке, предназначенном для особо торжественных случаев вроде сегодняшнего.

А вот сложную систему туземных рангов и титулов как-то не заучил, довольствуясь запоминанием того, как следует обращаться лично и называть за глаза тех, с кем приходится сталкиваться постоянно, вроде наследственных либо выборных деревенских вождей или нашего Самого Главного Босса.

У меня с собой было, конечно, чем перекусить десятку-другому человек. Но на пришельцев продуктов явно не хватало. Так что пришлось залезть ради гостей в припасы, предназначаемые для сунийцев-землекопов. Ну ладно, полтора десятка едоков за один обед вряд ли заметно уменьшат двухдневное довольствие нескольких сотен человек, в крайнем случае я потом по-тихому компенсирую.

– Благодарим почтенного регоя, – ответил Огорегуй.

При движении многочисленные ракушки и камушки на нём гремели. – Все мы действительно устали и проголодались.

Чёрт, едва не забыл!

– Прошу прощения у уважаемых путешественников, – сказал я, – мне нужно закончить дела. – И повернулся к подросткам из своей свиты: – А вы, бездельники, тащите съестное. Паропе, сходи с ними, возьмите коя и рыбы из запасов для рабочих. Только сначала верни сюда Тинакоя, пока он далеко не ушёл.

Длинный быстро притащил старосту-сунийца. Открываю свой гроссбух – связку полос сонавского тростника в «обложке» из тюленьей кожи и делаю отметку о выдаче орудий труда.

– Всё, иди, – приказал я сунийскому старосте. – За лопаты и мотыги отвечаешь лично. Когда закончите копать свой участок и я приму работу, чтобы всё вернули. – Такое вот колдовство под названием «учёт выданного инвентаря».