Ледяная Шарлотта

Свет в гостиной был выключен. Над обеденным столом горели лампы, заливая его ослепительным светом и погружая остальную комнату во мрак. Дядя Джеймс и Лилиаз уже сидели за столом, и на один странный миг мне показалось, что мебель – декорации, а они – всего лишь актеры, изображающие семью, которая собирается поужинать.

Следуя за Пайпер, я прошла через всю комнату к столу. Дядя Джеймс сидел во главе, Лилиаз – справа от него.

– Твое место рядом со мной, – сказала Пайпер. – Садись, а я пойду за едой.

Она вышла из комнаты, а через минуту вернулась с большим подносом овощей и поставила его в центр стола.

Она снова отправилась на кухню, и тут появился Камерон.

– О, ты все же решил почтить нас своим присутствием? – поинтересовался дядя Джеймс, когда Камерон выдвинул себе стул на противоположном конце стола. Я заметила, что кузен прятал правую руку в кармане и пользовался только левой. Его вытертые полотенцем волосы еще не высохли. Догадался ли тогда дядя Джеймс о том, что сын ходил на улицу?

– Хотя бы поздоровайся с кузиной.

– Мы уже встречались наверху, – не глядя на меня, ответил Камерон.

– А вот и я, – прощебетала Пайпер, появившись с двумя исходящими паром тарелками в руках. – Ешьте, пока горячее.

Она принесла стейки под соусом беарнез. Я была впечатлена: мне самой удавалось только разогреть банку бобов или сварить яйцо. Но когда я попыталась выразить свое восхищение, Пайпер рассмеялась:

– Наверное, не стоит признаваться, но его приготовила не я. Но это одно из самых роскошных готовых блюд.

Мне хотелось отметить твой первый вечер с нами чем-то вкуснее пиццы.

– Выглядит чудесно, – похвалил дядя Джеймс.

– Да, это очень аппетитно, Пайпер, но как, по-твоему, я должен это есть? – спросил Камерон.

– Ой, – заволновалась Пайпер, – мне так жаль. Я не подумала. Давай нарежу его.

Я с удивлением наблюдала, как Пайпер вскочила и бросилась к Камерону, чтобы нарезать для него стейк. Все это время он держал вилку в левой руке и бесстрастно смотрел на сестру.

Было неловко и никто ничего не объяснял, но я и так поняла: из-за обожженной руки Камерон не мог держать нож.

– Твоя мама говорит, ты хорошо фотографируешь, Софи, – сказал дядя Джеймс.

– Ну… Не так уж хорошо, но мне очень нравится этим заниматься, – ответила я, чувствуя на себе взгляд голубых глаз Камерона.

– Бесполезно пытаться удержать молодежь дома, я это знаю, – заметил дядя Джеймс. – Но тем не менее настаиваю, чтобы ты держалась тропинок.