Выбор. Иное

Каждая работница штампует около четырех тысяч воротничков в день.

Говоря это, я начал неспешно прохаживаться по цеху.

– Рабочий день составляет девять часов или пятьсот сорок минут. Таким образом, средняя поминутная выработка составляет около семи воротничков.

Лигет достал блокнот и ручку, ничего себе проняло. Смелый он, однако.

– Когда работница останавливается хотя бы на минуту, это минус семь воротничков из ее возможной выработки в этот день.

– На сколько останавливается работница в день, ты подсчитал?

Дядя подался вперед, он уже все понял.

– В среднем простой составляет около часа.

– Лигет!

Начальник цеха лихорадочно начал подсчет. Он тоже уже все понял. Дядя нетерпеливо посматривает на его блокнот. Я деликатно молчу. Роберта восхищенно на меня смотрит, забыв про всю нашу конспирацию. Кулак показан вторично. Но при этом сердиться на нее совершенно не хочется, ведь этот лучащийся взгляд, этот румянец на щеках, эта улыбка – мне.

– Более десяти тысяч в день, мистер Грифитс.

Лигет вытирает выступивший на лбу пот.

– То есть мы теряем пятьдесят тысяч воротничков в неделю или двести тысяч в месяц?

Лигет молча кивнул. Гилберт ничего не сказал.

– Не теряем, дядя, – позволяю себе вмешаться.

– А что же?

– Мы их недополучаем. Если бы не этот простой, девушки могли бы вырабатывать больше.

Все, меня тут возненавидят… Переживу.

– Так. Хорошо. Теперь изложи причину простоя и почему бы мне не выгнать всех работниц и не набрать новых, порасторопнее.

Грифитс-старший шумно выдохнул воздух и грозно посмотрел на девчонок. Те дружно опустили головы и постарались уйти в работу. Получалось ни шатко, ни валко.

– Выгонять бессмысленно, новые работницы также будут простаивать этот час.

– Почему же?

Уфф… Проняло железную душу, Гилберт вмешался. Не радуемся, рано.

– Потому что вы замените людей, но не замените то, на чем они сидят и на чем они работают.

– Ты хочешь сказать…

Все.

– Да, я хочу сказать, что если сделать стулья удобнее, столы пониже, свет помягче – работницы перестанут страдать от болей в спине, усталости в руках и жжения в глазах. И не будут простаивать по часу в день. Более того, повысится и текущая поминутная выработка, не буду слишком смел, если заговорю не о семи, а о десяти-двенадцати в минуту.

И я набрался нахальства и посмотрел на мистера Лигета, кивнув на его блокнот.