Босиком по пеплу. Книга 3

– Я должен был сказать это в самом начале, – произношу с запоздалым пониманием. Наши взгляды соприкасаются в глубоком тягостном молчании. Сотни слов горят на языке и ни одного правильного. Я не верю в слова, но Алисе они нужны сейчас. – Я много чего наворотил, tatlim. Меня оправдывает только то, что я боролся за то, что считаю своим. Мой отец не боролся. Никогда и ни за кого из нас. Почему я должен был отпустить тебя? Я не мог этого сделать. Никогда не смогу.

– Не отпускай, Ран, – отзывается нежным шепотом, пристально всматриваясь в мое лицо.

 – У тебя капилляры в глазах полопались, – прохладные кончики ее пальцев трогают мои скулы, а мне кажется, что они касаются сердца. Алиса облизывает губы, неотрывно и внимательно рассматривая мое лицо.

– Ерунда, хорошие капли, пара часов сна и все пройдёт, – отмахиваюсь, качнув головой.

– Сколько ты не спал?

– Не волнуйся обо мне, tatlim. Это ты у нас оказалась на больничной койке.

– Вообще-то мы тут вместе лежим, – с горьким призрачным подобием улыбки замечает Алисия.

 – Когда ты уезжаешь в Нью-Йорк?

– Уже должен там быть, – не сразу отвечаю я. Алиса опускает взгляд на мой подбородок, тщательно скрывая свои чувства. – Твой отец меня подменит на несколько часов.

– Сколько? – взмахнув ресницами, вопросительно смотрит в глаза.

– Сколько? – переспрашиваю, не поняв вопрос.

– Сколько часов у нас осталось? – поясняет tatlim, и голубая радужка бездонных глаз стремительно темнеет.

– Семь, может, восемь.

– Понятно, – она отворачивает голову, уставившись в потолок. Не нужно быть знатоком душ, чтобы понять, что за эмоции сейчас душат мою жену. И они полностью обоснованы.

– Я сделаю все возможно, чтобы вернуться, как можно быстрее, – хрипло обещаю я.

– Сделай все правильно, Амиран, – качнув головой, отзывается Алисия. – Я справлюсь и буду ждать. Столько, сколько понадобится.

Мягко поддев ее подбородок пальцами, заставляю взглянуть мне в глаза.

– Я не могу остаться, Алиса, – произношу с искренним сожалением.

– Я понимаю, Амиран, – печально кивает tatlim, погладив меня по щеке. – Правда, понимаю. Не волнуйся. Дайан побудет со мной. Я полюбила ее, как родную, и мальчишки у нее классные.

– Они тебя тоже любят, Лиса, – подтверждаю, поцеловав ее ладонь. – Тебя нельзя не любить… Невозможно, ты внутри. Моя, – горячо шепчу я, и мы снова бесконечное количество минут смотрим друг на друга, касаясь пальцами, губами.