Куда приводят грехи

– Ты человек, а значит, у тебя есть душа, – прошептала Валери и каждое ее слово тяжелым камнем опускалось на могучие плечи застывшего инквизитора. – Тело умрет, но душа будет помнить, и она будет платить, пока не искупит твои грехи, – с этими словами она опустила руку и резко отступила на пару шагов назад.

Оцепенение схлынуло, рассеивая массовое помешательство, в которое ввергла всех собравшихся Валери Мартель своими колдовскими чарами.

– Сжечь ее! На костер ведьму! Пусть горит дьявольская шлюха, – закричала ожившая толпа.

Инквизитор набросил капюшон, отступая за трибуну и вставая между епископом Фортье и преподобным Бастьеном.

– Приступайте к исполнению наказания, – приказал он севшим голосом, кивнув двум, все еще пребывающим в растерянности, монахам. Переглянувшись, они с осторожностью взяли Валери под руки и повели к помосту, где их уже заждался палач. Девушке помогли подняться по лестнице и поставили лицом к Бенуару. Палач ненадолго замешкался, разглядывая хрупкую девушку, пока та бесстрашно смотрела на него.

Ее глаза не пугали его. В колдовство палач не верил. До этого дня…

– Я могу дать тебе яд и ты не почувствуешь боли, – проговорил он тихо. – Умрешь до того, как огонь доберётся до тебя.

– Благодарю за милосердие, – Валери удивленно взглянула в уродливое лицо Бенуара, в глазах которого видела нерешительность и тревогу. – Не бойся, выполняй свою работу, – сказала она.

Кивнув, Бенуар-мясник взял ее огромными ручищами за плечи и приподняв, словно тряпичную куклу, поставил на деревянный брусок, прижал спиной к широкому столбу.

Она не вздрогнула, не дернулась, увидев толстую верёвку в его руках. Палач очень быстро, чтобы не растягивать ее мучения, привязал девушку к столбу. Закончив, он отступил назад и снова вопросительно взглянул в лицо Валери Мартель. Она едва заметно качнула головой, давая ему разрешение. Бенуар спустился с постамента и взял протянутый одним из монахов факел.

– Жги ведьму! Гори в аду! Шлюха Дьявола! Ведьма! – завопили возбужденные горожане и ринулись вперед, чуть не снеся преграду из стражников.

– Последнее слово? – повернувшись к инквизитору, спросил епископ. Лафонтен не взглянул на него, даже не услышал. Сжимая обеими руками распятие, он неотрывно смотрел на Валери Мартель. Грубая верёвка врезалась в ее шею, не позволяя поднять голову, распахнутыми глазами она отчаянно пыталась успеть захватить кусочек неба и скрывшегося за тучей солнца.