Александрида. Восставший мышь

Кролик забился в угол. Лосёнок засеменил, стоя на месте. Он походил на студента – первокурсника. Зачётку держал в дрожащих руках. А профессор был в роли экзаменатора. Он рвал и метал. Ёжик зашипел, скатавшись в комок. Куры запорхали. Но далеко улететь не могли.

– Кудкудах… Кудкудах…, – запричитали они.

– Тихо вам… Сейчас не до вас… Мать вашу… У меня дело серьёзное… Если кто мне под нос плюнет или оговорит меня… Задавлю… Сидите все тихо… Вы меня знаете…, – произнёс Афиноген.

– Кудкудах…

– Уууаааауууу, – взвыл пёс Шарик.

– Ммммяяяууу, – промяукал кот Султан.

– Молчать… Я вам устрою… Погодите… До вас я ещё не добрался… Но будет и для вас место в моих великих открытиях. Но не сегодня… У меня намечен грандиозный вечер… Хаахаааа…

В зале заморгали лампочки. Показались страшные тени. Напряжение в проводах подводило. Афиноген слегка ухмыльнулся. Он открыл клетку. И живо взял в руки утёнка Дональда. Профессор решил проявить немного нежностей. Он мило приласкал пернатого.

– Ладно.

Дональд… Ты толковый утёнок… Сидя в клетке… Если вся получиться… Из тебя выйдет отличный ужин при свечах… Хаахаааа…, – дико засмеялся профессор.

Афиноген Харлампиевич, широко и порочно ухмыльнувшись, посадил утёнка в клетку. Тот живо завертел шеей. Глаза округлились. И, казалось, у него имелся план побега. Но стальная клетка держала крепко. Пёс Цуцик, сидя в большой клетке, недовольно фыркнул. Он спрятался у дальней стены. При виде незнакомца он всегда таился. Тот как – то сильно врезал ему по носу кирзовым сапогом.

Цуцик затаил обиду. Глаза цвета солода смотрели в одну точку. Шерсть гладкая с оттенком пальмиры стояла дыбом.

– Ууууаааауууу, – завыл пёс Цуцик.

– Ммммяяяууу…

– Кудкудах…

В зале чудно засияли лампочки над каменным потолком. Их устанавливал сам хозяин лавочки. Его ударило током. Он упал с лестницы. И весь тот день он срывался на животных. Кого – то даже пустил в расход за милую душу. Казалось, ради потехи или забавы. Лампочки чудно озарили всё пространство большого, высокого зала.

Они даровали яркий свет. Афиноген предстал во всей красе. Он умело принялся разминать руки. И затрещали его костяшки и пальцы. Он выполнял нехитрые движения. Точно насмотрелся утренней гимнастики. Он, взяв пульт, включил небольшую плазму, которая висела на стене. Там замелькали азиатские мультики.

– Ну… Что за ерунда? Посмотреть нечего… А вот мой любимый канал… Про порно звёзд… Вот же блин… У них технический перерыв.