Клинок света. Книга первая

Из раны на моём собственном животе сочилась кровь. Я подавил болезненный стон, а адреналин помогал двигаться. Из сумрака вырвался человек с копьём наперевес. Он кинулся прямо на меня, целя в живот. Я перехватил копьё левой рукой за древко прямо за наконечником. Разумеется, не сумел удержать его и получил небольшой порез на бедре. Ногу ожгла резкая боль, но лучше царапина, чем смертельная рана.

Я попытался ударить его правой рукой в челюсть, но удар вышел слишком быстрым и неточным, чтобы набрать хоть какую-то силу.

Мы отпрянули друг от друга и пошли по кругу, примериваясь. Я снова торопливо огляделся, отпрыгнул, уходя от очередного удара.

Второго воина видно не было. В суматохе я потерял его след, но знал, что он где-то поблизости. И теперь маялся от неприятного чувства между лопатками, представляя, как он подкрадывается ко мне сзади.

Тут я вдруг понял, что крики прекратились. Теперь из дома доносились только всхлипы, а орали лишь мои собственные жертвы. Я отчаянно надеялся, что нападавших осталось мало и они решили оставить свои забавы в доме ради боя.

А ещё лучше – чтобы спастись бегством.

Копейщик снова бросился вперёд, нанеся серию из трёх коротких ударов. Быстрая смертоносная атака выпотрошила бы меня, если бы достигла цели, но он каждый раз оставлял мне достаточно места, чтобы отскочить назад.

Я узнал этот приём и с удивлением шарахнулся в сторону – намного быстрее, чем обычно мог, благодаря нынешнему телу. Почувствовал, как его кольё скользнуло по моей спине, рухнул в снег и перекатился.

И услышал откуда-то сверху резкий стук.

Взглянув на копейщика, увидел, что тот вскинул руку к торчащей из груди стреле. Оперение трепетало прямо у основания его шеи с каждым ударом сердца. Он ощупывал её, словно пытаясь понять, откуда она вдруг взялась. Вдруг изо рта его полилась кровь, он упал на колени и наконец повалился в снег лицом вниз, прямо рядом со мной.

Схватив копьё, я попытался снова откатиться в сторону, и едва успел уклониться от следующей стрелы.

От холода и потери крови я стал неповоротлив, видит бог, мои яйца отчаянно хотели втянуться внутрь.

С трудом поднявшись на ноги, я подхватил копьё одной рукой и побежал к ближайшему строению. Нужно было убраться из зоны видимости стрелка, но в глубоком снегу левая нога вдруг подломилась, и я упал. В ноге что-то хрустнуло, боль разорвала всё тело, но отчаянным усилием я всё-таки дополз до ближайшего угла. Дыхание со свистом вырывалось сквозь стиснутые зубы.