Властелин сознания

– Ну да, писал. Но это тогда, когда нуждался. А сейчас я забрал его. Вы не знаете?

– Ну да это не беда. Очередник отказался, и вспомнили, вот. Можете въехать, прекрасная новая квартирка, да. На четыре квадрата больше, чем эта ваша. Ну, счастливчик вы, Николай Иванович! Только нужно сразу, вот. Прямо завтра, или там послезавтра. Ордер получите в понедельник, у нас в месткоме.

– Но я не собирался…. Да меня и эта устраивает, – я ничего не понимал.

– Пустяки, Николай Иванович. Все сразу теряются. Вы только подпишите.

Вот здесь.

Глаза у Ганса оставались неподвижными. Он пододвинул мне бумагу и ручку. Я стряхнул с себя оцепенение.

– Послушайте, Пётр Петрович! Я не собираюсь ехать в этот микрорайон, к чёрту на кулички, даже в квартиру, большую этой. Вы меня понимаете?

– Да ладно вам, Николай Иванович. Полно горячиться. Решение уже принято…

– Какое ещё решение?!

– Ну, машина от завода – для переезда, вам ещё кредит на мебель, вы же просили – беспроцентный.

Я опешил. Кредит я просил, начиная с лета, каждый месяц, это была правда.

И каждый раз мне отказывали, объясняя это предстоящим банкротством. В голове мелькнула смутная догадка. Ганс её тут же и подтвердил:

– Я настоятельно рекомендую вам, Николай Иванович, не артачиться. Сам Геннадий Артурович (так звали замдиректора по финансам) переедет в вашу старую квартиру. Надеюсь, вы понимаете? Он сам обещал посодействовать вам, в смысле карьерного роста. Вы бы хотели стать старшим инженером, ну, скажем, цеха? Подписывайте.

Я был в курсе всех кадровых игр в цехе и хорошо знал, что должность «старшего инженера» периодически создавалась для многочисленных бездарных родственников начальства, с тройной зарплатой. С чего бы эту синекуру стали предлагать мне, инженеру третьей категории? Ганс врал. Я терялся в догадках. Похоже на то, что из меня собирались сделать идиота…

– Пётр Петрович, а не пошли бы вы отсюда, пока не стемнело на улице?!

Ганс вздрогнул и резко поднял голову. Физический перевес был явно не на его стороне.

Его глаза превратились в две сверлящие точки. Ему бы сейчас шмайссер.

И каску.

– Напрасно вы так, Николай Иванович, ой напрасно. Признаться, я полагал, что мы договоримся.

Он аккуратно собрал со стола бумаги.

– Да, напрасно, – повторил он и вылетел в подъезд.

Настроение было испорчено. Я плюхнулся в кресло и уставился в «ящик». Чёрт знает что! Завтра нужно будет узнать на работе подробнее, в чём тут дело. Но всё это уже вылетало из головы.