Властелин сознания

Через час я почти забыл этого загадочного «Ганса». Всё-таки телевизор – великая вещь, как бы там ни говорили. Полагая, что Пётр Петрович больше никогда не напомнит о себе, я заблуждался. Правда, он действительно больше не явился, но несколько раз звонил до конца недели. И я уже устал «посылать» его беспрестанно в ту самую сторону, как тут и началась вся эта «история».

Это случилось в пятницу. Последние дни, именно в пятницу, я ездил на Каширское шоссе. В жизнь, до этого монотонную и скучную, вошло событие, которое я не мог объяснить – меня стали посещать какие-то видения.

Неясные призраки преследовали меня, и не во сне, а наяву. Я видел их отчётливо, но это не пугало, а наоборот – возбуждало любопытство. Способности экстрасенса были мне без надобности, но то, что я открыл их в себе, всё же заставляло пересматривать убеждения закоренелого скептика. Это странное видение.

Я был болен, болен, болен….

Возвращаясь и проходя через двор, я увидел две машины, стоящие одна за другой у дома, на них грузили свой домашний скарб переезжающие, мне незнакомые.

В своём доме я знал всего двух-трёх соседей, не больше. Протиснувшись между двумя шкафами, я нырнул в тёмный подъезд.

Всё в этом мире движется по кругу, как и мой убогий быт. Включив на ходу телевизор, я шагнул в кухню и «кинул» в микроволновку судок с овощами, не забыв и кусок колбасы, жалея, что пива сегодня в меню не было предусмотрено. Что же? Я напялил тапочки, и, включив таймер, сел в кресло.

Раздался звонок. Если это снова Пётр Петрович…

Я поплёлся в коридор, и, не удосужившись спросить, кто за дверью, отпер замок.

Удар в переносицу отбросил меня к стене. Вспышка ослепительного света мгновенно захватила мозг, в миг отключив сознание. Голова угодила в бра, висевший за спиной, плафон лопнул и разлетелся, рассекая кожу на затылке. Второй удар пришёлся в солнечное сплетение.

Свет сменился полной темнотой….

…В голове звенело. Я медленно приходил в себя. Судя по окружающим предметам, они втащили меня в комнату.

«Они» – двое молодых людей в кожаных чёрных куртках и джинсах. Они стояли по обе стороны от меня, негромко разговаривая. Тот, что был в поле моего зрения, крепкий, казался огромного роста. Широкое лицо его явно не было отмечено печатью мудрости, как сказал бы Соловьёв. Один глаз у него был неподвижен.

Они говорили что-то о каких-то документах. Второй тотчас начал рыться в моих шкафах и письменном столе.

Я попытался встать на колени и получил удар ногой.