Государство, или Дневник проигравшего

Морская рыба таяла во рту и была неимоверно вкусной, а густое масло показалось вкуснейшим из тех, что он пробовал.

С незапланированным обедом покончено, – Павел переместился к следующему покойнику.

То был молодой человек, судя по одежде листавший страницы модных глянцевых журналов, которые выпускались в то время и подражавший тем куклам, которых законодатели мод одели так, как им казалось должны одеваться люди. Ничего поражающего воображение. Брендовая качественная одежда. Хорошая кожаная коричневая куртка, плотные джинсы и модные кроссовки, похожие на туфли.

– В такой обувке хоть на прием в Букингемский дворец, хоть на теннисный корт, – Павел развязал шнурки, отодрал липучки и снял обувь. Потом обыскал тело. В правом нагрудном кармане зазвенела мелочь. Рядом лежал студенческий на имя Антонова Геннадия, студента третьего курса с названием ВУЗа, о котором он никогда не слышал. В последние время частные институты, академии и университеты росли как грибы после дождя.

На площадке без сидений, в углу, упершись спиной в стену, полулежала – полусидела женщина в черном платке и в куртке ниже пояса.

Ноги и костлявые руки были разбросаны по сторонам. В ее одеянии Павел сразу уловил национальный колорит. Подойдя поближе и заглянув в лицо, утвердился в своих догадках. Жительница южных регионов страны сидела в хиджабе. Платок сбился и над черепом висел клок черных с проседью волос, которые она так тщательно прятала. При ней ничего не было. Без какой либо боязни, он сунул руку в карман и резко, как ужаленный выдернул ее обратно. На ладони и пальцам образовались несколько кровоточащих ранок.

Он поддел карман с наружи и, приподняв его, вывалил содержимое. На пол посыпались мелкие гвозди, обрезки крупных кусков прута и ядра подшипников разного калибра. В недоумении он взялся за второй карман, который так же под завязку был забит металлическим хламом. Он пригляделся к талии покойной и потихоньку смутно стал догадываться. Теплое плотное пальто в этом месте сложилось в складки, но даже для этого оно слишком сильно выпирало в этом месте.

Чтобы расстегнуть одежду пришлось постараться до боли в пальцах. Большие костяные пуговицы, которые женщина или тот, кто ее снаряжал были впихнуты в маленькие прорези, и пуговицы приходилось буквально выворачивать.

Одна их пуговиц отлетела, а Павел, разозлившись с силой, дернул за край пальто и на пол полетели остальные. Подскочили и, подпрыгивая, со стуком разъехались в разные стороны. Все это он слушал, окаменев от страха.