Некоторые вопросы загробной жизни. Часть первая

– Куда?

– Куда хотите, – улыбнулся доктор и вкрадчиво добавил: – Поближе ко мне…

Я уселся на самый ближний к Заболотному стул, по левой стороне стола.

– Меня зовут… – начал доктор.

– Знаю, Заболотный Вадим Иннокентьевич, – закончил я за него. – Доктор-мозгоправ из центра реабилитации мёртвых душ.

Вадим Иннокентьевич удивлённо поднял брови:

– С чего вы взяли?

– На двери написано, – усмехнулся я. – Читать не пробовали?

– Там такого не написано.

– Умею читать между строк.

– Ясненько, – задумчиво пробормотал доктор, открывая верхний ящик рабочего стола.

Оттуда он достал толстую записную книжку и что-то быстро записал. Затем, мельком взглянув на меня, слащавым голосом поинтересовался:

– А в разговоре тоже можете читать?

– Чего? – не понял я.

– Ну, между слов… Скажем, я говорю одно, а вы понимаете всё по-другому?

Меня начал нервировать этот врач-малолетка.

– Могу, а вам зачем?

– Для работы, разумеется. К примеру, придёт ко мне на приём нервный покойник, начнёт всякую чепуху нести, а я ему бац – и в корень!

Заболотный внезапно стукнул кулаком по столу.

От неожиданности я дёрнулся в сторону.

– Сидите спокойно, – нервно произнёс Вадим Иннокентьевич, скорчив зловещую гримасу,

«Псих какой-то», – мелькнуло в голове.

– Что скажете? – не унимался врач. – Поделитесь секретом чтения мыслей?

– Никакого секрета нет. Эта аномалия образуется при рождении на генетическом уровне и развивается с течением времени.

– Понятно, – Заболотный сделал очередную пометку в блокноте.

 – А другие, как вы говорите, аномалии у вас имеются?

– Это какие?

– Ну не знаю, телепортация, телекинез…

– Есть одна, – заговорщицки произнёс я.

Вадим Иннокентьевич отложил блокнот и потянулся ко мне.

– Какая? – почти шёпотом спросил он.

– Доктор, я вижу мёртвых.

– Ясно, – с досадой выговорил Заболотный, вновь беря записную книжку. – Так и запишем: «С чувством юмора у нас всё в порядке».

– Что-то не пойму, – раздражённо заметил я. – К чему эти расспросы? Пациентом к вам я не записывался.

– Не надо нервничать, – убаюкивающе пробормотал Вадим Иннокентьевич. – Конечно, не пациент. Просто мне необходимо тренироваться, развивать служебные навыки, переводить, так сказать, теоретическую базу в область практического применения. А для этого нужно больше общаться и всё аккуратно записывать.

– Тренируйтесь на кошках, – вспомнил я крылатую фразу из известного кинофильма.

– Напрасно вы так, – с обидой произнёс доктор.