Морозов

Послышался глухой звук удара, словно кто-то пнул стену подошвой тяжелого ботинка. Я догадался, кто мог так поступить.

– Так что? Оставим его? – нетерпеливо уточнил девичий голос.

– Как будто у нас есть выбор. – Ответ был раздраженный. – К нам приезжает комиссия из Синода. Нужно будет кого-то им показать. Иначе семье конец.

– И что мне делать? – почти жалобно спросила девушка.

– Поставь его на ноги. А дальше будем думать, как поступить…

– Уверены? Мне кажется…

Голоса стали совсем уж неразборчивыми, и как я ни напрягал слух, так и не смог разобрать ни одного слова.

Я упал на подушку и со стоном прикрыл глаза. Итак, я попал куда-то, выбравшись из обезьянника. И зачем-то оказался нужен какому-то «мастеру Денису». Желательно, живым. До тех пор, пока не прибудет комиссия Синода. Звучало не просто странновато, а скорее бредово.

Единственной дисциплиной, которую я не прогуливал в институте, была история государства и права. Потому я помнил, что Синод был высшим органом Русской православной церкви.

Учредил его вроде бы Петр. А после революции Синод был упразднен. Это означало, что Синод никак не мог прислать комиссию. Не в нашей реальности.

Вот только все происходящее не напоминало розыгрыш. Я мог бы объяснить вид этих странных людей, но как оправдать их диалог, который они пытались от меня утаить?

Путешествия в прошлое невозможны. Неужто я попал к каким-то сектантам? Как пить дать – дежурный продал меня им для ритуалов. Сейчас этой погани на улицах развелось видимо-невидимо.

Вон, в заброшенных стройках каждый день трупы находят. Иногда я почитывал статейки на эту тему, и часть вбросов вполне могла быть основана на реальных событиях. Конечно, в оборотней или ведьм я не верил, ведь не был наивным идиотом. А вот уродов, которые пытаются развести бедолаг и отобрать имущество, сейчас хватает. Опоят какой-нибудь гадостью, введут в транс и заставят отписать ордену черно-бурого божества квартирку и правую почку в придачу. Невольно содрогнулся и попытался ощупать поясницу. Вдруг уже вырезали? Неспроста же мне так хреново. Но кожа была целой, и я выдохнул с облегчением. Потом вспомнил рассказы прапорщика о восточных гаремах, и рука метнулась к самому ценному. К счастью, евнухом меня также не сделали.

Дверь открылась, и в комнату вернулась девушка в медицинском халатике, которая недавно разговаривала с Денисом в коридоре. В руках она несла металлический лоток, на котором стояла пиала. Медсестра подошла к кровати и поставила ношу на стол.