Сияющий мир

Эта мысль казалась необычной для независимой женщины, наслаждавшейся своим одиночеством, и Морган объяснила ее усталостью. И в тот же самый момент, словно стремясь подтвердить это, тепло в машине, радио, снегопад – все это вызвало в ней непреодолимую сонливость. Моргнув, она уже не смогла открыть глаза.

Когда она проснулась, вокруг все было тихо. Радио выключено, машина пуста.

Морган ощутила тяжесть на плече и поняла, что это была рука Нейта. Даже сквозь куртку она ощущала тепло и силу его ладони. Ей снова захотелось спать.

– Морган, мы приехали.

Морган встряхнулась. Нейт стоял рядом, открыв дверцу автомобиля. Обернувшись, она увидела, что на заднем сиденье нет ни Эйс, ни покупок.

– Отнес в кровать, – сказал он, прежде чем Морган успела задать вопрос. – Подумал, что вы сами проснетесь, пока я буду перетаскивать вещи, но вы крепко уснули.

Морган почувствовала, что краснеет. Она очень надеялась, что не бормотала его имя во сне. Что же ей снилось – может, его долгожданная улыбка?

И вдруг, когда меньше всего ожидала, она увидела ее.

Да, Нейт улыбался. Слабо, но так ясно, словно солнце, показавшееся из-за туч в ненастный день. Он протянул руку и коснулся ее щеки:

– У вас тут отпечаток от кресла. – Потом он резко убрал руку и отвернулся: – Мисс Мак-Гир?

– Морган.

Он снова посмотрел прямо на нее, но на лице уже не было и тени улыбки.

– Вы превратили этот день в праздник для моей дочки. Давно я не видел ее такой счастливой. Спасибо вам.

А потом он наклонился и коснулся губами щеки, где только что были его пальцы.

Поцелуй был таким нежным, что разом отвергал все, что она видела в его глазах.

Нейт отвернулся, вошел в дом и захлопнул за собой дверь, ни разу не оглянувшись.

Морган сидела в машине, ошеломленная, не понимая, было ли это продолжением сна. Наконец она смогла стряхнуть с себя оцепенение и пойти к своей машине.

Ночь была холодной и звездной. Морган дрожала – от холода или от того, что ушло тепло, которое она ощутила от прикосновения его губ?

Только подъезжая к дому, она поняла, что опять забыла о «Рождественском ангеле».

И да, она прекрасно знала, насколько все было глупым и безрассудным, да и вообще шло наперекор всем ее решениям и обещаниям, данным по приезде в Кентербери, оспаривало каждую страницу «Радости одиночества»… Но она все-таки собиралась использовать этот предлог, чтобы снова увидеть Нейта.

Глава 3

Никогда он больше не увидит ее. Ни за что.