Свадебное платье для Молли

Но Молли Майклз должна быть в курсе, потому что ответственность за фонд, скорее всего, ляжет на ее хрупкие плечи.

– Да, все плохо. – Хьюстон захлопнул две из множества разложенных на столе папок и положил их перед Молли. – Закрываем «Охоту за пасхальными яйцами» и «Конкурс поэтов». Еще я подумываю приостановить проект… что-то про платья к выпускному и…

– «Сказка выпускного»? – выдохнула девушка. – Вы не можете! Вы не понимаете, как много это значит для девочек.

– Вы когда-нибудь сталкивались с настоящими трудностями? – холодно поинтересовался Хьюстон.

Да уж, ему предстоит тяжелая работа. Придется принимать очень непростые решения. И надо понять, готова ли к этому Молли. Но тут его взгляд упал на ее губы, которые девушка нервно прикусывала. Совершенно ниоткуда возник шокирующий своей неуместностью вопрос: неужели одно из этих непростых решений будет связано с поцелуем?

Молли встретилась с ним взглядом. И перестала кусать губы.

– Мои родители развелись, когда я была еще совсем ребенком, – тихо ответила она. – Думаю, это ужасное испытание. Оно полностью изменило мою жизнь.

Слава богу, она не упомянула своего козла! Хьюстон увидел боль в ее глазах, и ему пришлось напомнить себе, что, возможно, он генетически предрасположен терять голову при виде красивых женщин. Разве это его забота – свет в ее глазах? Но он задумался о том, как заставить их светиться от счастья. И о том, как приятно было бы почувствовать ее мягкие губы.

Ради бога, ну почему его дурная наследственность проявилась именно сейчас? За свою жизнь Хьюстон общался со многими красавицами, и ему всегда казалось, что способность контролировать собственные чувства была следствием пережитого в детстве.

Не увлекаться. Не привязываться слишком сильно.

Исключениями были только бокс и работа. И то и другое подчиняются строгим правилам, следуя которым можно получить предсказуемый результат.

И это позволяло безбоязненно увечься ими.

Нет, Хьюстон Уитфорд точно знал, куда надо направлять свои страсть и энергию.

Вот только… отцовское письмо… Он ощутил, как его снова затягивает прошлое, опять начали сгущаться зловещие тени. В этом виновато, конечно, письмо и то, что ему пришлось последние недели корпеть над бумагами, связанными с просьбами людей таких же отчаявшихся, какими когда-то были он и его семья.