Ещё более Дикий Запад

 – Отдельно можно приобрести кольца, браслеты или иную атрибутику в классическом стиле. Национальная – под заказ, срок ожидания до трех дней.

Говорил он лениво и, явно утомленный этой речью, замолчал.

– Обойдемся. – Эдди развязал кошель. – Сколько всего? Со свидетельством если.

На кой нам свидетельство?

– Справку для магистрата брать будете? – служитель взял с алтаря счеты.

– Будем.

– Тогда десять монет.

Да уж… ничего святого. Даже свадьбы.

– Свидетели? – запоздало уточнил служитель.

– Есть.

– Нужны жители города, – он покачал головой. – Как минимум двое. Из числа почтенных граждан. Заметьте, репутация весьма важна.

– Сколько? – поинтересовался Чарльз.

– Пять. За каждого.

– Хорошо. – Чарльз взмахом руки остановил моего братца, который, кажется, собирался выразить категорическое несогласие с подобной постановкой вопроса.

– Тогда обождите. – Служитель вытер губы рукавом. – Вон… можете жертву принести. Или помолиться.

– Кому? – уточнил Эдди мрачным тоном.

– А кому хотите.

И ушел.

А мы остались.

– Да, – заметил некромант, оглядываясь. – Здесь все несколько более… демократично, я бы сказал.

Орк и вовсе проворчал что-то на своем, но вряд ли одобрительное. Я же… я волновалась. Мать его, я действительно волновалась, как если бы это все взаправду! И руки вон похолодели, и вспотели даже, и стыдно за это. А еще… еще, видит Бог или боги, уж не знаю, кто там наверху есть и есть ли вообще, но…

Я, может, и не слишком-то к семейной жизни стремилась.

Чарльз посмотрел на меня, будто спрашивая что-то. Я покачала головой. Ничего страшного. Это просто… просто нервы, наверное. У всех случается. А я живая.

Храм же…

Четыре стены. Четыре ниши. А свечи горят только перед одной, что как-то неправильно. Как если бы на день рождения позвали, а тортом обнесли. Может, и нелепое сравнение, но…

Я коснулась огрызка свечи, торчавшей из плошки, и капля Силы скатилась на фитиль.

Так-то лучше.

Я перешла ко второй нише. И к третьей. И… и мне не жаль огня. Наверное, трудно быть богом в подобном месте.

– Вы… – Я вытерла руки о штаны. – Извините, если что…

К богам так не обращаются.

И нет, никогда я не испытывала особой почтительности, хотя дома в церковь заглядывала. С матушкой. И чтобы ее не огорчать.

Тоскливо там было, но хотя бы чисто.

А тут могли бы и паутину смести.