Механическое сердце. Искры гаснущих жил

– Думаю, – мягко заметил он, – что смерть специалиста куда менее огорчила бы его величество, нежели ваша. Кстати, вы не находите, что погода сегодня на редкость отвратительная?

Словно желая подыграть Кейрену – намек был более чем прозрачен, – начался дождь. Холодные капли осели на волосах следователя, на серой ткани плаща, коснулись рук, которые тотчас побелели, и Кейрен чихнул.

– В таком случае, предлагаю пройти в дом. – Брокк менее всего был настроен на продолжение беседы. Кейрен вновь заговорит об охране или переезде, о недопустимой беспечности Брокка, которому следовало бы и дальше оставаться в загородном поместье, а он, неразумный, вернулся.

И ладно бы повод был действительно серьезный.

Гостиная выглядела неожиданно мрачной, осенней. Затянутые дождем окна были серы. Кофейного цвета обои потемнели, и тусклыми жилами проступали на них золотые нити.

Заняв место у камина, Кейрен признался:

– С детства ненавижу холод. Сосуды слабые. Все братья надо мной смеялись, что я как девица, чуть подмерзну и вот… – Он протянул неестественно белые руки к огню.

Выходит, не притворялся, и вправду мерз. Даже ногти приобрели неприятный синеватый оттенок.

– Чай? Кофе? Коньяк?

Роль гостеприимного хозяина давалась Брокку нелегко. От гостей он отвык, а те редкие посетители, которым случалось переступать порог его дома, мирились с некоторой мрачностью характера.

– Чай, пожалуйста. – Кейрен снял-таки плащ, который аккуратно повесил на спинку кресла.

 – И от коньяка не откажусь. Я ведь военным стать хотел. У нас в семье принято так. Не взяли. Хотя, конечно, правильно… боец из меня никудышный. И даже отец это понимал. Но когда я в полицию пошел, он расстроился. Месяц со мной не разговаривал.

– Полицию не любит?

– Недолюбливает, но… там другое. За меня волновался. Нехорошо заставлять близких волноваться, но иногда… выходит так, как выходит.

И к чему эта задушевная беседа? Брокк открыл бар, достал бокалы, коньяк – бутылка успела покрыться пылью, дожидаясь своего часа, – и поинтересовался:

– Что вам от меня нужно?

– Помимо чая и коньяка? – Кейрен принял бокал и, поставив на ладонь, поднес к огню.

 – Не волнуйтесь, я не собираюсь вас уговаривать. Надоело, знаете ли… – Зажмурившись, он вдохнул коньячный аромат. – Но вы правы. Интерес у меня имеется. Что вы думаете о бомбе?

– Если полагаете, что я знаю, кто ее сделал, и молчу, то вы ошибаетесь.