Моя свекровь и другие животные

Нкрума вздрогнул.

И покосился на столик. Под ним, конечно, не спрячешься, но если взять катер и запросить политического убежища…

– Ты вот-вот станешь членом Галактического Совета, что огромная честь и для тебя, и для нашей семьи… – Матушкин голос звучал ровно, с верной толикой пафоса.

Муха опустилась ниже.

Коснулась хоботком нектара и, уверившись, что капля безопасна, опустилась на ловчий отросток.

– …Хотя, конечно, непонятно их желание видеть в Совете самца… войны – это одно, а управление государством – совсем другое.

Ловчий отросток покачнулся.

Свернулся.

И исчез под землей вместе с мухой, облепленной сладким пищеварительным соком сацеллии.

– Но это неважно, главное, что этим браком мы продемонстрируем уважение к межнациональным ценностям империи и готовность…

Муху было жаль.

Но себя жальче.

– Мам, а может…

Воображаемый невест выпустил дыхательные отростки, на которые мигом налип песок.

Нет, братец не так безумен, чтобы пропустить столь важный пункт…

Или…

Никто ведь не рассчитывал, что они и вправду кого-то да найдут.

– Мам, – Нкрума решился прервать речь матери, – а может, просто неустойку выплатим, а? У меня ведь есть деньги…

Невест погрозил клешнями. Он был тверд в своем желании выйти замуж и, подтверждая серьезность намерений, выплеснул маслянистый железистый секрет, который растекся по хитину.

– Нет, дорогой, – матушка хищно улыбнулась. – В роду Тафари никто и никогда не отступал.

Поэтому ты встретишь свою невесту… женишься на ней. И будешь счастлив в браке. Ясно?

Над горшочком с сацеллией поднялось розоватое облачко ароматных семян.

Глава 7

Я закрыла глаза.

И досчитала до десяти. Потом на всякий случай – и до ста. Так оно верней, ибо если мне примерещилось, то пусть отмерещится обратно.

Я домой хочу!

И даже на работу, а это уже, поверьте, показатель.

Главное, подальше отсюда.

Глаза открывала поочередно.

Сначала правый, слегка дальнозоркий, потом левый, который, верно, компенсации ради, был несколько близорук. В среднем, если верить статистике, зрением я обладала идеальным или близким к тому.

Статистике я не верила.

И сейчас готова была понадеяться, что оное зрение меня подвело.

Но нет. Никуда не исчезли кают-компания – а разнообразия ради я решила называть это помещение именно так – и компания, в ней собравшаяся.

Серые стены.