Охота на охотника

И отец предлагал выход, который устроит, как ему казалось, всех. Он женится на старшей дочери. Нам с братом тоже достается по невесте. Новая династия не имеет права рисковать, так он выразился. Взамен он обещал его императорскому величеству спокойную и тихую жизнь, достойную его положения, и безопасность. Возможность уехать, если он сочтет нужным. Или остаться, но под защитой нового императора.

Кровавые знаки ложились на пол ровно. И лишь Святозар время от времени останавливался, чтобы размяться. Смуглые пальцы его отчетливо подрагивали, и он сжимал и разжимал их, восстанавливая кровообращение.

– И что вам ответили?

– Разговор прошел… не самым лучшим образом. Его императорское величество пришел в ярость и… пожалуй, я впервые ощутил, что такое их родовая сила. Это как… не знаю… на той проклятой пустоши, где я, на беду свою, выжил. Небывалая мощь, готовая стереть меня с лица земли… И да, я испугался. Я был живым человеком, более того, человеком, полагающим, будто будущее принадлежит ему. Я видел его столь явно, что позабыл, что все в руках Господа.

Я отступил, сказав, что даю на размышление неделю. Мне казалось, что этого времени хватит, чтобы Николай остыл, да и супруга его, как мне показалось, отнеслась к нашему предложению весьма благожелательно. Во всяком случае, мой доверенный человек сообщил, что после моего ухода она долго оставалась подле мужа…

Доверенный, стало быть. Кто?

Хотя… чего гадать. Высочайшее семейство не оставили бы без надзору, и другое дело, что надзор этот был не только со стороны Бужева.

– И когда их расстреляли?

– На четвертый день. Полагаю, пришла телеграмма… мы остановились в Ебурге. Мутный городишко. Глава его кланялся, заверял в преданности, а в глазах его читалось желание отравить и меня, и всю свиту. Мы несколько… загуляли, это верно. Тогда смерть ходила рядом, а это заставляло острее ощущать саму жизнь. Вот мы и…

Он завершил рунный круг.

– Но однажды ночью в мои покои постучались. Доверенный человек… не смотрите так, у вас тоже, полагаю, хватает подобных людей.

Так вот, он сообщил, что по решению революционного комитета царское семейство было предано смерти.

Святозар подошел к телу и, перевернув на живот, принялся рисовать кровавые знаки на коже.

– Я сперва не поверил. Это было… понимаете, пусть мой отец и присоединился к смутьянам, пусть даже где-то я сам разделял идеи, а вернее, полагал, будто мы можем пойти на некоторые уступки черни, с тем чтобы сохранить собственную власть.