По ту сторону жизни

С другой стороны, пару лет тому назад случилось мне побывать на устричной ферме, и с тех пор идея, казавшаяся несколько нелепой, не отпускала меня. Если попробовать…

Имелся у меня агент, которому можно поручить закупку спата. А работа не столь сложная, чтобы нанимать мужчин. Местные же детишки, думаю, будут рады возможности получить пару марок.

Я вдохнула теплый воздух. А ведь не так и воняет… точнее, воняет по-прежнему, будто нахожусь на дне выгребной ямы, но… теперь в нем появились нежные оттенки… Очень нежные.

Надо будет запретить копать сточные канавы в воду. Ямы и только ямы, и чтоб не менее чем в пятистах шагах от берега… Лучше раз в полгода заплатить чистильщикам, нежели потерять весь урожай устриц.

Управляющего найти… На это дело нужен кто-то из Пфальца, там, слышала, подобные фермы тоже заложили. Если поставить хорошую зарплату, переедут… поручу агенту, пусть подыщет кандидатуры.

Я шла. Я шла быстро. И кажется, потеряла туфлю. А вторую, не желая останавливаться, сама стащила с ноги и выкинула в море.

Выставлю инквизитору счет. Хотя… судя по обноскам, он его три года оплачивать будет. Где он, к слову? А… рядом… и не потерялся, надо же… я же спешу.

Куда? На запах. Терпкий. Сладкий. Родной… мой запах. Крови? Конечно… и не только. Я остановилась на мгновенье, пытаясь сориентироваться. Ветер-шутник вздумал поменять направление, будто хотел спрятать мой собственный аромат среди запахов дыма и жженого волоса… нехорошо.

Но меня не проведешь. В какой момент запах стал не важен? Теперь я просто чувствовала направление. И расстояние.

Завтра же отобью телеграмму… и позвонить стоит, чтобы после не жаловался, будто неправильно понял мои распоряжение. С ним прежде случалось подобное…

Сорок шагов.

На самом деле Йохан меня крепко недолюбливает, пребывая в уверенности, что истинное предназначение женщины – служить мужчине, а никак не наоборот, но специалист он отменный, а я хорошо плачу и закрываю глаза на его дурную привычку говорить правду в глаза.

Тридцать.

И мусорная куча, больше похожая на гору средних размеров.

Двадцать.

Моя затея с импортом колониальных товаров иного свойства, нежели обычные какао, рис и золото, помнится, ему тоже не нравилась, но после он, сцепив зубы, признал, что доход она приносит изрядный.

Десять.

Устричной ферме он как пить дать будет сопротивляться. Но саботировать дело не станет.

Дом.