Днем с огнем

– И ездят не на маршрутках, а на гоночных тачках, я понял, – покивал, хлебнул чаю.

– А по Обводному и ездить не вздумай, не то, что ходить! – встрепенулся мой седовласый советчик. – Зло растревоженное не уснет вовеки, людишек-то оно губит, а тебя и вовсе смаковать станет. Ох, участь недобрая у тех, кто в его водах канул… Ни за какие коврижки не ходи повдоль Новой Канавы, Андрей! Под страхом смерти не ходи!

На этом парадник резко засобирался, отказавшись делиться подробностями. Была, я помню, какая-то нехорошая история про строительство теплотрассы в двадцатых, но в чем заключалась – это не ко мне.

Одно то, как парадник разнервничался, о многом говорит. Нечего мне делать на Обводном, галочку себе поставил.

– Теперь ты, хвостатый товарищ, – обратился я к Кошару. – Скажи что-нибудь дельное, для выживания нужное и важное.

Он хлобыстнул хвостом по подоконнику, напомнив о давешнем пыльном облаке и тому, что его предваряло.

– Был не прав, – сказал я: ошибки признавать никто не любит, только настаивать на своих заблуждениях – это свойство баранов.

 – Про няньку. Совету о разумной осторожности внял, обдумавши.

Серьезно, манера речи моих новых знакомцев из преданий старины далекой на меня влияет ого как. Того и гляди, привыкну, начну подобно «соловию стараго времени» высказываться.

– Доля и Недоля справно ткут, да вяжете узлы уж вы сами, – вздохнул Кошар. – Что ты хочешь услышать, Андрей?

Я сделал большой глоток чая, повертел в руках чашку, задумавшись.

– Я о своем сродстве с огнем знаю только с чужих слов.

Ты говоришь, тот служивый утверждал… А сам я его даже не чувствую. Это как иметь счет на огромную сумму в забугорном банке, но не знать к нему кодового слова, без которого ни гроша с этого счета не выдадут.

Затрепетали усы, желтые глаза закрылись.

– Сила великая, сплавилась с сутью накрепко. Вот что скажу: на голые камни сколько зерна не сыпь, всходов ждать не след, да и на худой земле налитого колоса не поднимется. В твоих предках кто-то могучий был.

Силу не передал, но кровь не водица, все помнит.

– Мои предки: домохозяйка и профессор университета, – покачал головой я. – Бабушки и дедушки умерли до моего рождения, я о них мало что знаю.

– Не мне искать истоки твои, – махнул лапой Кошар. – Мне б сберечь твою буйну голову… Позови его.

– Огонь позвать? – слегка оторопел я. – Как? Елочка, гори?

– Да не голосом же! – заалели глаза у Кошара. – Покажу, но не долго, не те у меня ныне возможности.