Третье пришествие

С орбиты просматривалась обширная поверхность, поделенная на отдельные участки наблюдения; каждый член экипажа усердно всматривался в отведенный сектор. Кроме того, с полной нагрузкой работал и бортовой телескоп.

– Никаких признаков пыльной бури, – отозвался Венсан. – Видимость – просто идеальная. Даже в Элладе тишь. Странно…

– Даю добро на вход в плотные слои, – сказал Эдвин.

И база миновала точку возврата. Внизу вспыхнула искра. Вскоре она вытянулась в огненную линию, увенчанную сияющим шаром: при скорости более пяти километров в секунду даже несерьезная марсианская атмосфера становится плотным, упругим препятствием.

Поскольку в «Калифорнии» не было людей, база вошла в атмосферу по очень крутой траектории, перегрузки достигали 20 g, зато и скорость гасла быстро. Шло жесткое аэродинамическое торможение.

– Вытяжной парашют вышел, – доложил Большой Джо. – Есть раскрытие! Все нормально, ребята. Все очень-очень хорошо…

Вслед за вытяжным сработала основная парашютная система. Четыре ярких купола из сверхпрочной ткани раскрылись успешно и полностью.

Было похоже, что над Марсом расцвел невиданных размеров цветок. Повиснув на стропах, база самостоятельно отстрелила защитный тепловой экран, затем – боковые обтекатели. Скорость упала настолько, что все это раскаленное, оплавленное и обугленное железо стало ненужным. А до поверхности Марса оставались последние десятки метров.

– Девяносто восемь… семьдесят три… шестьдесят один… есть срабатывание пороховых двигателей! Крен – четыре градуса к нормали.

Остаточная скорость – в пределах допуска… Есть касание опор!

И, наконец:

– Итс дан! Есть мягкая посадка. Ура нам, ребенки разных стран!

В поднявшемся гвалте все не сразу услышали холодный голос Доктора Виктора:

– Тихо вы! Сигнал исчез. Связь с базой «Калифорния» прервана. Повторяю: сигнал исчез.

– Увы нам, ребенки разных стран… – выдохнул Григорий.

– Эй! Рано отчаиваться. Мы обогнали базу и висим довольно низко над горизонтом. Может иметь место элементарное непрохождение радиоволн.

Местная ионосфера изучена весьма поверхностно.

– Если так можно выразиться, – хмыкнул Доктор Виктор.

– Ох, чует моя печень, что причина гораздо пакостнее, – не согласился Григорий. – Примерно такое же ощущение, как после самогона.

– Что такое самогон? – спросил Дэвид.

– У вас это текилой называется.

– Ну, вот что, – решил Эдвин. – «Одиссей» уходит на ночную сторону Марса и в любом случае связи пока не будет.