Алмазы перуанца

У Бенно стучало в висках, голова шла кругом; он лег в кровать, но не мог заснуть. Вдруг он почувствовал, что дверь его комнаты бесшумно отворилась, и знакомый голос спросил:

– Ты еще не спишь, Бенно?

Мальчик протянул вперед руку.

– Как хорошо, что ты пришел, Гармс! – И мальчик глухо зарыдал.

Старик дал ему выплакаться и, присев к его постели, тихонько гладил его рукою по плечу, а когда он затих, сказал:

– Ну, если ты еще не очень хочешь спать, то мы с тобой часочек поболтаем!

– Да, да, расскажи мне про отца!

– После, после, сперва ты расскажи мне, что там было с этими цирковыми наездниками…

– Как ты узнал об этом, Гармс?

– Видишь ли, Бенно, часто и стены имеют уши, а у нашей служанки Маргариты особенно тонкий слух! А сенатор очень рассвирепел?

– Ах, Гармс, мне пришлось услышать такие ужасные вещи, не относительно себя, но…

– Да, да, знаю!

– Гармс, разве ты уже был тогда здесь, в доме? Все это было при тебе? Да?

– Да, да, только не торопись, я расскажу тебе все по порядку.

Мы с твоим отцом и господином сенатором мальчиками вместе играли. Мой отец служил у твоего дяди, и твою бабушку я помню еще молодой дамой. Это она послала меня к тебе и приказала рассказать тебе все, как было; сама она еще очень слаба после вчерашней сцены. Я обещал ей, что расскажу тебе все подробно.

– Так рассказывай!

– Не спеши! Видишь ли, твоя бабушка души не чаяла в своем младшем сыне Теодоре, твоем отце, во всем ему потакала и покрывала все его безрассудства.

Он рос болезненным ребенком, и потому бедная женщина особенно привязалась к нему. Впрочем, этот умный, добрый и приветливый человек имел одну страсть, которая и погубила его: он безудержно играл и проигрывал громадные суммы!

– Ради бога, Гармс, не утаивай ничего от меня!

– Нет, нет, будь спокоен! Итак, старший из братьев Иоганнес работал не покладая рук и не разгибая спины для того, чтобы после нашествия французов, разграбивших весь наш город и подорвавших нашу торговлю, поддержать фирму Цургейден и не допустить ее разорения, а младший в это время не думал ни о чем: ни о своем торговом деле, ни о поступлении в университет, о чем мечтала его мать, ни о выборе для себя какой-либо деятельности.

Старший обдумывал каждый свой шаг, каждое свое движение, младший же всегда действовал в зависимости от настроения, ничего не взвешивая и не обдумывая.