Себастиан Уорд и «Восемь Воронов»

– Назовем этот конкурс «В поисках яиц»! – воодушевленно вскричал паренек, и, к моему удивлению, все ему зааплодировали.

– Где был ты, когда тебе яйца раздавали?! – возмущенно пробормотал я себе под нос.

Мужчинам завязали глаза. Дамам раздали по одному золотому яйцу, надушили, конкурсанты их понюхали.

– Вы готовы? Начали!

После этой команды заиграла веселая музыка, и девушки разбежались. Пытаясь нас запутать и при этом не выронить яйца, они перемещались из стороны в сторону. А мужчины бегали с завязанными глазами и связанными за спиной руками, как слепые петухи, в поисках злополучных яиц.

Эмили смеялась и недоумевала, как зрелые мужики в здравом уме могут пытаться найти «свою» женщину по запаху. Половина пар вообще были не знакомы друг с другом. Кто откажется упереться носом в чью-то женскую грудь? Были и те, кто случайно или нарочно проглатывал золотые безделушки, чтобы потом продать их, – яйца были небольшого размера.

Себастиан не уронил достоинства; он стоял на месте, пытаясь услышать смех Эмили.

Она смотрела только на него и не спеша, медленным шагом подходила к нему все ближе и ближе. Почувствовав знакомый аромат, Себастиан улыбнулся ей.

– Вы меня потеряли, мистер Уорд? – Она взяла в руки золотое яйцо, приподнялась на носочках к уху Себастиана и нежно прошептала: – Давайте больше не будем участвовать в этих конкурсах?

– Идет.

Эмили потянулась, чтобы развязать ленту, которой ему завязали глаза, сняла ее, и их глаза встретились. Он будто ласкал своим взглядом ее нос, щеки, губы.

Эмили мило засмущалась, отводя глаза в сторону.

– Дочка! Я тебя обыскался!

– Отец? – удивились Эмили, услышав родной голос.

К нам присоединился отец Эмили; он был немного растерян и выглядел уставшим.

– Папа, познакомься, это сам…

– Генерал Себастиан Уорд, главнокомандующий отряда номер семнадцать! Я слышал о вашем подвиге, это смелый поступок! Вы герой! – Судья Бэнсон протянул мне руку для пожатия.

– Благодарю вас, сэр.

Мы обменялись крепким рукопожатием.

– Вы танцуете с моей дочерью. Не обижайте ее, она у меня единственная.

– Папа! – перебила его Эмили.

– Не волнуйтесь, я доставлю вашу дочь домой до полуночи в целости и в сохранности.

– Ну что ж, не буду вам мешать, веселитесь. – Мистер Бэнсон поцеловал свою дочь в щеку и скрылся в толпе. Эмили вздохнула с облегчением, что ее отец не стал читать мне мораль.

После ухода мистера Бэнсона музыканты неожиданно сменили быструю музыку на медленный танец.