Его мир

– Пожалуйста, – всхлипнула она, больше не беспокоясь о том, чтобы казаться сильной и умеющей противостоять. – Пожалуйста… Отпусти….Нас… Обеих… Я не могу…

Слёзы заполняли, рождая рваные обрывки слов, но Вайлет сейчас не было дела до этого. Она была готова унизиться, умолять, да хоть на колени перед ним встать. Но только не…

Страшная реальность не укладывалась в её голове. Вайлет не могла её принять.

– Ты хочешь, чтобы я тебя тоже загипнотизировал? – невозмутимо откликнулся Чарльз.

Вайлет чуть не задохнулась собственным всхлипом.

Беспомощность окутывала неумолимо. Даже если Вайлет сейчас бросится к Чарльзу в ноги, ничего этим не добьётся. Она ясно уловила это. Вампир и вправду мог принудить её, а любое сопротивление, просьбы и уговоры его только раздражали. Если, конечно, это холодное каменное выражение на его лице можно было считать хоть какой-то эмоцией.

Вайлет медленно подняла нож. Ощущение, что он был слишком тяжёлым, едва не тянул вниз.

– Итак, твой выбор. Кто из нас убивает её?

Какого чёрта вампир вообще заговорил! До этой секунды Вайлет думала, что успокоилась. Хотя бы более-менее, насколько это возможно.

Она не понимала, как удержала рвущийся гнев. Да что там гнев – дикую ярость, которую и не подозревала в себе. Не думала, что могла настолько злиться. И уж тем более не понимала, как при всём этом умудрилась ограничиться лишь взглядом на Чарльза. Хотелось просто наброситься на него, невзирая ни на какие последствия.

– Прежде чем ты совершишь глупость, должен предупредить – нож не действует на вампиров. Наши раны легко восстанавливаются, – с этими словами Чарльз подошёл ближе, чуть приподнял нож в руке Вайлет, держа за лезвие, и сильно надавил на свою ладонь.

А затем показал её, отпустив оружие. Кровь, конечно, выступила. Рана явно получилась глубокой… Но при этом за какие-то секунды исчезла на глазах у Вайлет. Затянулась, будто бы ничего и не было.

Об этом Чарльз не упоминал, когда рассказывал о вампирах в первую встречу в этом проклятом замке.

Потрясение от свершившегося на её глазах чуда на какой-то момент оттеснило раздирающие чувства. Что ж… Не стоило больше медлить. По крайней мере, это единственный способ спасти девушку. И эта – только эта – мысль помогла Вайлет всё же подойти к бедняжке.

Неестественное безразличие в глазах у той.