Горничная

– О да, мое детище! – с какой-то теплотой в голосе ответил Яков. – Нравится?

– Довольно необычно, – кивнул, – тихо, спокойно, и воздух чистый.

– Да, ради него все и делалось!

Яков еще что-то сказал о своем загородном клубе и, откланявшись, поспешил занять место рядом с молодой спутницей, которая без всякого энтузиазма ела салат и поглядывала в тарелку мужчине, где с горкой был наложен шашлык. Я же еще раз посмотрел на свои блюда, которые все же никак не хотели в меня вмещаться, выпил чай и, поднявшись из-за стола, быстро покинул ресторан.

Все, хватит с меня на сегодня прогулок, иначе так можно и еще кого-то встретить, а я тут исключительно поправить душевное равновесие и набраться сил для нового витка в своей жизни

Добравшись до домика, зашел внутрь и застыл. С пылесосом в руках ко мне спиной стояла хрупкая девушка в черных штанах и кофте с длинным рукавом. Длинные волосы, которые были заплетены в тугую косу, доставали почти до талии.

Но не на это я обратил внимание, руки, вот за что цеплялся взгляд. Маленькие тонкие пальчики, ноготки на которых были коротко подстрижены, а вот на запястьях виднелись тонкие шрамы как от порезов. Рукава кофты горничная, что до сих пор не заметила моего появления, засучила до локтя. И вот этот участок бледной кожи пугал меня больше всего. Почти зажившие синяки и шрамы покрывали худенькие руки.

Сделав шаг вперед, чтобы хоть как-то обозначить свое появление, явно напугал девушку, которая резко отскочила в сторону и повернулась ко мне.

И я утонул в ее темных испуганных глазах. Опять утонул… Ведь мы уже встречались? Верно?

Девушка стала медленно отступать, а пылесос, который продолжал работать, все так же стоял между нами хрупкой преградой. Мы смотрели друг на друга, как два противника перед боем. И если я явно не хотел сделать ничего плохого, то горничная была готова обороняться и защищаться до последнего.

– Николаева, а что вы тут делаете, да еще и в таком виде? – я вспомнил ее быстро, потому что когда мы последний раз встречались на приеме у ее мужа, то отметил тогда, насколько красива и хрупка была жена моего не самого хорошего знакомого. Но еще девушка была смертельно бледна, а глаза, которые всегда опускала в пол, постоянно наполнялись слезами. Видимо, это замечал только я, потому что другим не было никакого дела до Алены.