Горничная

– Прячусь, – шепотом пробормотала моя горничная, – я прячусь от мужа…

Она как-то резко осунулась, плечи поникли, затряслись, и в следующее мгновение я сидел рядом с ней на полу, не понимая сути неожиданной истерики. Алена просто рухнула на пол и разревелась.

– Ты чего? – не знал, как к ней подойти, как пожалеть.

– Только не рассказывайте ему, где я! Не рассказывайте! Он меня убьет! Убьет за то, что сбежала! – причитала девушка, то переходя на крик, то на шепот, растирала запястья, вновь утыкалась руками в лицо.

А я смотрел на нее и вспоминал, что ведь действительно Хельга что-то говорила про сбежавшую жену Николаева, которую до сих пор пытаются найти.

Так, а это очень интересно, но жутко опасно, даже для такого человека, как я.

– Я ничего твоему мужу не расскажу, слышишь? – но мои слова не доходили до её сознания. Девушка цеплялась пальцами себе в руки, зарывалась ими в волосы и раскачивалась из стороны в сторону. Истерика нарастала, и я чувствовал, что совсем скоро она может перерасти во что-то страшное и глобальное, ведь уже сейчас Алена причиняет себе боль, когда дерет кожу на руках, когда оттягивает с силой волосы.

Но больше всего мне не нравился стеклянный взгляд, направленный в никуда…

Глава 4

Смотреть на подобную картину было страшно, и в какой-то момент мои руки сами собой потянулись к девушке. Это было ошибкой, потому что она зашипела, словно кошка, стала вырываться, визжать. Для того, чтобы каким-то чудом обезвредить госпожу Николаеву, которая и себя калечила, да еще и ни в чем неповинных людей, повалил девушку на пол, зафиксировал одной ладонью ее руки над головой.

Так, теперь нужно отключить этот чертов пылесос, который своим жужжанием уже раздражает, и стянуть с дивана плед.

Да, выполнить все задуманное оказалось куда сложнее, чем я думал, потому что Алена вырывалась и боролась до последнего. Вот ведь – мелочь, а силы сколько?

Выключенный пылесос отлетел в сторону, а вот плед мне понадобился для того, чтобы запеленать девушку.

Да-да, я знаю, как это делать, потому что так сильно мечтал о настоящей семье и собственном ребенке, что успел пересмотреть все научные программы, прочитать форумы о здоровье и росте младенцев, ну и не только знал, но и умел пеленать маленьких кричащих деток. Ладно, соврал, пеленать я умел больших плюшевых медведей, который дома было ровно три. Хельга только глаза закатывала, когда видела своих питомцев, завернутых в простыню, и называла меня сумасшедшим.