Ставка на любовь

Уэстмарленд заснул еще до того, как Джорджиана успела прийти в себя после этих ошеломляющих слов, и она наблюдала за спящим маркизом, совершенно не представляя, что теперь делать. Все пошло совсем не так, как она ожидала. Даже лишившись памяти, Уэстмарленд должен был остаться прежним. Неужели сотрясение мозга способно до неузнаваемости изменить характер человека? Джорджиана непроизвольно наклонилась к маркизу, пытаясь найти хоть какое-то подтверждение того, что совершила ошибку, что это вовсе не маркиз Уэстмарленд, а кто-то совсем другой, добрый и отзывчивый.

Впрочем, она и ему не позволила бы ее поцеловать…

Джорджиана поежилась: похоже, ее тянуло ко дну, и она не знала, как выбраться из этой трясины. Леди Сидлоу предупреждала, что воображение способно сыграть с неопытной девушкой злую шутку, а она только посмеивалась над ее словами. Но кто же знал, что графиня окажется права? Как, скажите на милость, случилось, что она обманула свою дорогую подругу Китти и теперь собирается предать и единственную настоящую любовь – Стерлинга? Но все дело было в том, что какая-то часть Джорджианы разволновалась от признания Роберта в том, что он считает ее красивой.

Девушка прочитала в его взгляде неподдельный интерес и задумалась, что почувствовала бы, если бы он действительно ее поцеловал. Ведь никто, кроме Стерлинга, ее никогда не целовал.

Взгляд Джорджианы перекочевал на губы маркиза, поскольку больше ничего было не видно – оставшуюся часть лица закрывала его рука. Каково это – целоваться с ним? Джорджиане хватало здравого смысла этого не позволять, а вот перестать думать о его поцелуях – нет.

Поцелуи Стерлинга были целомудренными, легкими и нежными, и ей так нравились его объятия, пусть и очень недолгие, поскольку недремлющее око леди Сидлоу зорко следило, чтобы подопечная не оставалась с женихом наедине.

Китти не проявляла подобной строгости и с легкостью оставляла Джорджиану наедине с женихом. Впрочем, с маленьким ребенком на руках и огромным хозяйством ей было не до роли компаньонки.

К тому же Роберт был настолько слаб, что вряд ли позволил бы себе что-то предосудительное. Джорджиана к тому же знала, что это вовсе не ее жених, поэтому мысль о поцелуях посетила бы ее голову в последнюю очередь.

И что же? Вот она сидит у кровати маркиза, смотрит на его губы и предается отнюдь не безобидным размышлениям.

Взяв себя в руки, она приказала Ангусу присмотреть за его светлостью и вышла из спальни.