Ночь решает все

– Рахим, допускаю, что, возможно, ты не понял меня.

Селеста умышленно назвала его по имени, чтобы показать, что она не уважала его. Она тотчас же почувствовала его раздражение и волнение. Она окинула взглядом взлетную полосу. Вокруг машины стояли охранники.

Некоторое время казалось, что Рахим обдумывал ее слова. Она почувствовала себя животным, которое попало в капкан, и только он теперь решал ее участь. Это тревожило Селесту, но отступать она не собиралась.

– Я лучше умру, чем сяду в этот самолет.

Мужчина подался вперед, Селеста невольно прикрыла глаза.

Все ее чувства обострились. Она не понимала, что происходит. Ей хотелось отстраниться от него, но она не могла дать слабину. Селеста подумала, что Рахим не сможет причинить ей вред, пока она носит под сердцем наследника трона. Но что будет после? Ей было жутко даже думать об этом.

– Пожалуйста, поверь, что если бы я мог, то легко бы устроил это. – Рахим говорил эти слова тихо и вкрадчиво.

– Какая прелесть. – Селеста была намерена лишить его возможности лицезреть ее страх и растерянность.

 – Обожаю угрозы.

Рахим улыбнулся:

– Если бы я предположил, что это случится, – он красноречиво опустил глаза на ее живот, – расправился бы с тобой еще несколько лет назад. Теперь же единственное, что меня интересует в тебе, – ребенок. До тебя мне дела нет.

– Это ребенок Омара. И теперь, когда его не стало, я несу за него ответственность, а не ты.

– Здесь ты ошибаешься. – Рахим был неумолим. – Если ребенок моего брата…

– Конечно, это его ребенок! – бросила ему в лицо Селеста.

Только после Селеста поняла, что совершила ошибку. Если она хотела убраться подальше отсюда, не стоило говорить об этому Рахиму. Если бы ей удалось убедить его в том, что это был чужой ребенок, он мог бы отпустить ее.

– В таком случае, как я уже и говорил, ему суждено взойти на трон. – Рахим пожал плечами. – И твои желания не играют какой-либо важной роли, когда на кону стоит будущее моей страны и народа.

Рахиму не нужно было даже заканчивать свою мысль: его губы изогнулись в злобной усмешке.

Селеста все еще не была готова уступить.

– Я отказываюсь идти с тобой куда бы то ни было.

– Селеста, выходи из машины, – приказал он. – Или я сам вытащу тебя отсюда. Сомневаюсь, что тебе это понравится.

– Да что ты. – Селеста усмехнулась. – С самого утра я подвергаю твое терпение самым изощренным пыткам, не так ли?

– Послушай. – Его голос стал хриплым, приятно ласкал ее слух.