Эйвели. Часть первая

И шла она, уверенно и легко, и по следу её просыпались цветы, и разбивалась задержавшаяся зима на осколки. Мимо селений шла она, и выглядывали проснувшиеся эулиен из домов своих, чтобы посмотреть на неё, которую никто никогда не видел и не знал. И Ион, покинувший сокрытое укрытие своё, приветствовал её поклоном, и сердце было его поражено Светом и полно удивления, и девушка отвечала ему поклоном и улыбкой. И пришла тогда девушка к яблоне, на которой заснул Виэльлине, и, поднявшись к нему, опустилась рядом.

«Так много Света!» сказал тогда Финиар. И проснулся Виэльлине и увидел девушку рядом, что смотрела на него, зная его, и улыбалась улыбкой мирной и верной, как только она могла. И спросил Виэльлине, как зовут её. И назвалась она – Фиэльли. Так обрёл Виэльлине сердечного друга, и глаза, что смотрели на него, не осуждая, и сердце, что приняло его с Любовью.

– Трудно построить тот мир, о котором ты пел, в одиночку, – сказала она. – Вот тебе рука моя. Пойдём домой, там начинается твой мир.

И спустились они, и, взявшись за руки, как только любящие могут, вернулись в Светлый Дом и предстали перед Финиаром. И просил Виэльлине у господина своего разрешения поручить себя Фиэльли, став ей другом и мужем. И спросил тогда Финиар, хочет ли того сама Фиэльли. И сказала она, что дорога её – это дорога с Виэльлине, и пришла она, чтобы быть с ним. Тогда же по воле их обручил их Финиар, и поручили они себя друг другу, и пришла весна, и было солнца и Света так много, что ходили все, щурясь, даже эулиен, и семнадцать безумных ифхёлье подарили друг другу Виэльлине и Фиэльли в тот день.

И был день после свадьбы их, и отдыхала Фиэльли в саду, и, преклонив голову на колени её, спал Виэльлине. Так увидел их один из эулиен, что заботился о Виэльлине с юных лет, и приблизился к ним и поклонился Фиэльли. Тогда же благодарил он её за щедрость и мужество, ибо взяла она на себя бремя заботы о Маленьком безумце и ныне есть ему опека и опора в слабости его.

И спросила тогда Фиэльли: – Кто сказал вам о слабости его? И ответил эу: – Он сам, когда говорил о величии своём, и тело его говорит так всякому, кто смотрит и видит, ибо на коленях у вас спит дитя в теле юноши. Но возразила ему Фиэльли: – У меня на коленях отдыхает достойнейший из мужчин, которых мне доводилось видеть. И поклонился ей эу и сказал: – Да будет так. И ответила ему Фиэльли: – Да будет так! На том и расстались. И голос Фиэльли не дрогнул.