Тайник. Сборник

Лисята тёплой норы… А как она ещё звала вас в детстве?

– Ягнёночек, милый, солнышко, звёздочка… – загибая пальцы, перечислил я.

– Солнышко… милый… – протянул лис. – Должно быть, у вашей мамы красивый голос, раз она произносила им такие слова…

– О да! Он у неё очень красивый. Ровный. Он, как ручеёк, журчит. И иногда в нём проблёскивают искорки солнца, а иногда, когда она говорит о чём-то весёлом, то ручеёк словно бежит по камешкам, а иногда и убаюкивает… У неё такой чистый ирландский выговор – жуть!

– Южный?

– Нет, она говорит, что северный, – подал голос Ави.

– Тогда действительно жуть! Ха-ха! Хм! Северный…

– А вы, мистер Фокс, бывали на севере? – вдруг спросил я.

– Как же! И за спиной северного ветра тоже! – оживился Лис с синими глазами.

– Расскажите! – взмолились мы хором.

– Ещё чего!

– Ну, пожалуйста! Мистер Фокс! Пожалуйста!

– Милый мистер Фокс! Пожалуйста!

Мы набросились на Лиса со слезливыми мольбами и, забыв о его ране, повисли на его шее, как если бы он и впрямь был человеком.

Лис зажмурился.

– Теперь я понимаю, как это трудно отказывать, когда так просят… так просят… Я обещал. – Мистер Фокс приоткрыл один глаз и понюхал мою голову. – Мыть тебе её пора, – строго сказал он и вылизал мне языком макушку.

Колокольчики Мастера

На самом краю вселенной, где спят серебряные звёзды, жил старый Мастер. Похоже, что его волосы устлала звёздная пыль, а его глаза напоминали две маленькие небесные звёздочки.

Мастер делал колокольчики. В эти колокольчики превращались погасшие звёзды, которые каждую ночь Мастер собирал на Млечном Пути. Возвращаясь домой, он аккуратно протирал их, потом вывешивал на бельевую верёвку и высушивал их. После этого звёзды превращались в колокольчики, и эти колокольчики звенели каждый раз, когда Мастер снимал их с бельевой верёвки, и, когда они звенели, люди на Земле улыбались.

С тех пор прошло немало лет, уже давно никто не собирает звёзд на Млечном Пути, никто не протирает их и не сушит на бельевой верёвке.

Никто не делает из них колокольчики, а люди на Земле всё так же продолжают улыбаться.

Домой мы вернулись поздно. Велосипед пришлось катить через холмы, так как руль у него оказался безнадёжно свёрнут, а колесо помято.

– Мне кажется, ему уже лучше, – сказал Ави, срывая очередной жёлтый цветок на пути и вплетая его в венок.