Эйвели. Часть третья

И хотя просит Элиинени освободить его от опеки – запретил Финиар отпускать его одного, ибо так дорог он народу эулиен и ценен дар его.

С того же дня, как вернул Элкарит Триимённого ребёнком в Дом его – не единожды пытался Бессветлый узнать и исхитить его, но и покои свои и имя поменял эу и был всегда под неусыпной защитой. Его же силой и знанием спаслись многие, как среди смертных, так и среди арели, ибо высокая доблесть дана была Элиинени и твёрдость духа, и если видел он жестокое страдание арели под гнётом тени, овладевшей им, или духа безымянного, страдающего в рабстве своём – то просил отвести его к тому, и исцелял его, и укреплял в Свете.

И врагов нажил Элиинени много среди имён бесплотных и родов бесовских и безымянных, ибо боятся его и взгляда его сторонятся. Сам же Триимённый сторонится всех и живёт уединённо, молчаливо и скрытно, и каждую ночь свою проводит он в новых покоях Светлого Дома (3). Жизнь же свою, судьбу и душу – доверил он Богу и служение своё посвятил Ему. Ему же, Творцу всего сущего, глаголем мы Славу за каждый вздох Элиинени и мудрый взор его, Ему же, Владыке всего сущего, подобно Элиинени, жизнь свою, судьбу и душу вверяем мы в великой Надежде на родительскую милость Его!

[3 - Говорят эулиен, что Триимённый никогда не спит, но сражается с тёмными душами (бесами).

И я не знаю, ложь это или правда, ибо как ни закрою глаза – он на пути своём (эмл.)]

И был час поздний, и молилась госпожа Эликлем своей молитвой, находясь в своих покоях. Но вот пришёл муж её и встал за её спиной.

И склонил свою голову на плечо Эликлем и сомолился с ней, не произнося ни слова своими устами, но только сердцем. И дрожь взяла Эликлем, и неведомый жар охватил её, тогда спросила она мужа, что это? И он отступил, смутившись, ибо молился обычной своей молитвой, и вот наконец о ней спросила эу. Признался ей Итерлен, что от сотворения мира – лишь песня-молитва дана виэ, в ней они пребывают, в ней существуют, ею творят и сотворят и созидают само мироздание. В этой молитве нет слов для уст и нет обращений, привычных для эулиен и смертных, это совсем другая молитва, без конца и начала, своя у каждого виэ, но в то же время единая своим мотивом и силой. И снова о ней спросила Эликлем, пожелав услышать молитву виэ. Сказал Итерлен, что хоть он больше не является виэ, ибо отвратился от своей прежней природы ради Света своей любимой, и потому молитва его лишена своей прежней силы, но он привык к ней, и потому она с ним всюду.