Эйвели. Часть третья

Но всё повторялось снова и снова, и кто-то исполнял за Финиара те из его трудов, что ныне ему так тяжело давались.

Но вот пришёл день, и упал Финиар, и не мог ни кричать, ни шевелиться. Верность дыхания изменила ему, и приготовился эу встретить Cмерть, вернейшую госпожу подзаконного мира, начав про себя молиться «vеspr/di na h?di». Но вместо смерти, не прошло и трёх вздохов, – была Элигрен в его покоях. Она подняла и уложила своего господина на его ложе и тут же, не говоря ни слова, закрыла двери и начала прислуживать Финиару.

Ни слова не проронила эу и ничего не спрашивала у Финиара, но, как ему казалось, была готова дышать за него и делала всё, что было ему потребно, будто бы была его руками, его ногами, его силой, движимой только одной его мыслью. Так продолжалось три дня и две ночи – и всё это время Элигрен была с Финиаром неотступно, служа ему безмолвно, осторожно и тихо, с величайшим почтением, ловя каждый взгляд господина и сердечно прислушиваясь к каждому его вздоху. Немыслимым образом воспринял Финиар служение эу с лёгкостью в сердце, ибо, следуя одной его мысли, Элигрен выполняла всю его работу, как требующую усилия плоти, так и усердия сердца. Тех же, кто чаял войти в покои и говорить с Всеспрашиваемым, Элигрен любезно отправляла в предел Оленьего рода, под опеку Элкарита, и вручала их его заботе. Всякий миг, что было возможно – находилась эу у постели своего господина, не отпуская его руки ни в час его бодрствования, ни в час соследования, когда, по обыкновению своему, лежал Финиар на своей постели, будто бы спящий. В те дни ни страх, ни боль, ни печаль не посмели приблизиться к Финиару, и сердцем он оставался бодр и радостен духом, ибо хоть плоть его отказала ему в повиновении, обрёл он иные трудолюбивые руки и усердное сердце. Так было три дня, и на третье утро силы внезапно вернулись к Всеспрашиваемому, едва он пробудился. Когда же открыл он глаза – Элигрен уже не было рядом, однако прибрано и накрыто было в его покоях, и все дела его были закончены прежде. Беспокоился Финиар, что дети узнают о его недуге и будут встревожены и опечалены, но ни одна душа в Светлом Доме не узнала о том, что было, и Финиар хотел отблагодарить дочь Виэльлине, но ему сказали, что её нет в Светлом Доме. Осмотрев то, что было сделано им в болезни, Финиар обнаружил, что не удивлён и вполне доволен, как будто бы и вправду сам всё сделал.