Империя под ударом

«Гоняться за этими проклятыми варварами – как ловить комара, – заявил стратион Второго Кастанского легиона Тунцер префекту провинции. – Ты хлопаешь ладонями, он ускользает и кусает тебя в спину. А пока ты разводишь руки для нового хлопка, он уже сидит у тебя на голове…»

Префект Перобер аллегорию уловил и в тот же день отписал императору, прося помощи. В противном случае скорой победы он не обещал. Более того, префект вполне обоснованно опасался появления вооргов под стенами столицы провинции Коошулом. Впрочем, как таковых стен там давно не было.

А в самом городе только стража. И если воорги придут сюда…

В Скрате вести с полудня вызвали шок. В миролюбивость вооргов там никто не верил, и временное затишье на кордонах не обмануло ни императора, ни его сановников. Но столь внезапное нападение большими силами было сродни грому среди ясного неба.

Особенно поразила тактика вооргов – обходя города с гарнизонами и не ища встречи с крупными силами противника, воорги спешили в глубь провинции.

Зачем? И почему не боялись попасть в окружение?

Впрочем, на последний вопрос диктатор армии Пектофраг ответил быстро:

– Окружить конницу сложно. Особенно когда у тебя в войске пехота. Стратион Тунцер прав – это как ловить комара.

– И что мы можем сделать? – мрачно осведомился император.

Диктатор провел позолоченной указкой по карте.

– Мы можем перебросить из соседних провинций резервы. По меньшей мере один полнокровный легион. А если надо, то и больше.

Ракансор посмотрел на карту, отметил место расположения легионов и прикинул, сколько им нужно пройти до Бамареана.

– Пока они подойдут, воорги разграбят провинцию. И оба легиона не остановят их. Почему враги имеют столько конницы, а у нас только небольшие отряды? Почему нет нужного вооружения, почему?

Пектофраг склонил голову. Гнев императора силен, его нужно переждать. И ни в коем случае не напоминать о том, что еще три года назад диктатор предлагал создать в армии при каждом легионе по два тысячных конных отряда взамен двух пеших когорт.

Тогда император и его советники отказали, говоря, что нет необходимости так сильно менять структуру армии. Раз она одержала столько побед, значит, сильнее всех.

А вот теперь ему ставят в вину то, в чем ошиблись сами сановники и император.

Молчание диктатора немного успокоило Ракансора, и он сам вспомнил свой запрет. Нахмурившись, покривил губы и неприязненно посмотрел на Согнера. Тот сохранял невозмутимый вид.