Возвращение

 – Кстати, у этого Ильзора таковые имелись?

Как выяснилось, имелись, и не так уж мало. Служил по молодости в королевской канцелярии, затем занялся финансами и так преуспел, что из помощника третьего советника сделался доверенным лицом самого королевского казначея, нейра Деллена, а там уж недалеко было и до назначения на нынешнюю должность… Если учесть, что на этот момент нейру Ильзору как раз сравнялось полвека, то выглядело все это вполне обычной карьерой добросовестного, честного, но не блещущего особыми талантами человека.

Полагаю, именно такого нейр Деллен и желал видеть рядом с собой…

– Словом, недоброжелателей у него была масса, – закончил Лауринь. Он говорил отрывисто, подолгу подбирая слова – сказывалась сильная усталость. Впрочем, я знала: при необходимости он еще несколько суток проведет на ногах. Служба такая… и таков Лауринь. – Что скажете, Флоссия?

– Скажу, что служебные и политические мотивы исключила бы с очень большой вероятностью, – ответила я, глубоко затягиваясь.

Хороший каррис – это прекрасно. Пусть на острова привозили контрабандный товар, но так редко…

– Почему?

– Да потому, что уничтожить конкурента можно куда проще и надежнее, и не придется при этом связываться с запретными искусствами, – ответила я. – Насколько я смогла понять, нейр Ильзор особенно не осторожничал, так что… Отравленная стрелка в шею, яд в напитке, причем такой, что сразу не распознаешь. Заточенное шило в бок в толпе, взбесившаяся лошадь, а то и какая-нибудь магическая штучка из тех, которыми пользуются некоторые наемники… Все эти приемы отработаны, Лауринь.

Незачем изобретать что-то новое!

– Может, его недоброжелатель и воспользовался этими Гончими потому, что не хотел задействовать всем известные приемы? – нахмурился Лауринь.

– Существует множество малоизвестных… хм… способов, – усмехнулась я. – Есть отменные наемные убийцы, не оставляющие следов, уж вам ли не знать! Золото, знаете ли, всяко стоит меньше собственной жизни, а в случае с этой сворой шансы упокоить соперника и отправиться к праотцам самому примерно одинаковы.

Не думаю, чтобы кто-то из, так сказать, политических соперников Ильзора прибегнул бы к столь сложному и опасному способу…

– Значит, личный мотив? – приподнял он брови.

– Скорее всего, – я повертела в руках трубку. – Какой именно, надо думать. Но это я буду делать после того, как расспрошу его домочадцев.