Змеиный медальон

Ему надо развеяться.

Девушка лёгкой бабочкой порхнула навстречу королю. Он прошёл мимо, взял с подноса недопитый бокал, опрокинул в рот остатки вина. Не почувствовал вкуса. Плеснул ещё.

– Вы расстроены, мой повелитель? – прозвенел за спиной нежный голосок.

– Немного. Но я знаю, что с вашей помощью…

Он обернулся, изобразив улыбку, уверенный, что изобразил, но её лицо вдруг помертвело, она отшатнулась…

В следующее мгновение – ведь прошло всего мгновение, разве нет? – он обнаружил себя на четвереньках, во рту стоял вкус крови, в зубах каталось что-то тёплое, упругое.

Кровь была повсюду: на белом мраморе, на стенах и львиных лапах костяного столика, на голубом шёлке и серебряных кружевах, на когда-то прелестном личике, обезображенном болью и ужасом. И бисер, он всё-таки рассыпался… Из развороченной грудины торчали рёбра.

Питнубий с изумлением взглянул на свои руки, покачал головой. Он и правда сделал это? Сколько мыла понадобится, чтобы вычистить ошмётки мяса из-под обломанных ногтей.

Золотые локоны Эрвинды разметались по полу, драгоценный гребень в алмазах и сапфирах отлетел к стене. Бедное дитя боролось за свою жизнь.

Король запустил бурую от крови руку в густой шёлк волос и мысленно проклял Айяду: "Подлый упырь! Это всё из-за него. Он довёл меня до исступления. С какой радостью я сделаю с ним то же, что с бедняжкой Эрвиндой…"

Питнубий вдруг рассмеялся.

Его переполнял восторг, сила жидким огнём бежала по жилам. Любовный пыл ничто по сравнению с этим…

В глубине, под дворцовым фундаментом вздрогнуло и забилось чаще Сердце Майнандиса.

"Да! Всё верно, трепещи. Сегодня ты подчинишься мне – раз и навсегда".

Питнубий с грохотом распахнул двери, предвкушая, как вихрем промчится через анфилады залов и придворные в ужасе разлетятся перед ним, как сухая листва разлетается от дуновения ветра.

Он был на середине передней, когда пол ушёл из-под ног. Его окутало пульсирующее свечение, просочилось в плоть и кости, загудело в крови, грозя смять, захлестнуть океанской волной.

Король широко улыбнулся. Теперь он знал, чем порадовать владыку Браккара.

Глава 6. Пришла беда

Мара позвала Кешку на следующий день после грозы. Он чувствовал себя неуютно босиком и в колючих конопляных штанах, которые раздобыла для него Маниська.