Его. Моя. Луна

Настолько, чтобы волчица могла почувствовать их издалека. Разве что один…

Осознав уже в следующее мгновение, что сейчас не удержу её – слишком сильный был эмоциональный всплеск, а она буквально рвалась наружу, готовая разорвать меня саму на куски, если не позволю, успела лишь выскочить на улицу из помещения, прежде чем обратиться. Хотя я бы не назвала это оборотом. Она просто вырвалась наружу.

К счастью, мне удалось в этот момент оказаться за воротами территории барсов. Те не были против волков в принципе – серые тут шастали как у себя дома уже, но вот о том, кто я при обороте, по-прежнему знали не то что не все, а очень небольшое количество сотрудников.

И раскрывать свой секрет, тем более вот так незапланированно, мне бы не хотелось.

Но волчице было всё равно.

Она на всех парах уже неслась вперёд, не разбирая дороги и не переставая подвывать. Чтобы не навредить своей звериной сущности сильным сопротивлением, я пока пыталась понять хоть частично, что происходит. Для этого сосредоточилась на её ощущениях.

Но улавливала только боль, страх и ярость. Желание убить того, кто тронул её пару…

Нир! Это было моей первой мыслью, хоть и не совсем логичной. Но ведь волчица считала его парой тоже! И я попыталась заставить её обернуться кошкой, чтобы это проверить, но она не послушала. Продолжала стирать подушечки лап об асфальт и биться мордой о ветки кустарников у дороги. Но не притормозила ни разу.

Тут я уже и сама поняла, что третья наша ипостась молчит вовсе не потому что её не выпускают.

Она просто спокойна. И не чувствует угрозы для своей пары. Это могло значить только одно – беда случилась не с Ниром, а с волком. И моя волчица неслась спасать именно его, игнорируя мои приказы остановиться.

И ведь та самая дозированная прививка от истинности почти помогла – меня больше не тянуло к нему ни капли. Но видимо, стряслось нечто на самом деле серьёзное, раз она смогла его почувствовать и так сильно за него испугаться.

Мысленно я теперь звала Нира, пытаясь подать знак и надеясь на его помощь.

Только он смог бы сейчас заставить её остановиться и не влезать не в своё дело. Ведь вообще не было гарантий, что моя сумасшедшая волчица не угодит прямиком в силки стаи чёрных. Что это не подстроено всё. Что даже не сам волк это подстроил.

Потому что было ясно одно – доверять ему нельзя даже, если он умер. А уж живому – тем более. Вот только мои доводы не сильно впечатлили мою звериную часть. Она неслась спасать своего самца.