Отвернись. В плену у зверя

Я ж не зверь какой…

И тут девчонка, пытаясь оттолкнуть меня (хотя я и сам уже хотел отстраниться немного, дать ей привыкнуть что ли, что она моя теперь), коснулась моей груди. Словно раскаленное железо приложила. Я взвыл от боли, а дальше….

Помню отрывками. Вроде и я, а вроде и не я. Нет. Точно не я. Я бы никогда не стал брать её так. Хотел так – да. Но не стал бы. Она же от страха воет.

Но остановить эти руки не мог, кусал и, чувствуя на языке вкус её крови, зверел ещё больше. От возбуждения сводило всё.

Но я бы не стал.

Хотел остановиться, только где-то в глубине души, получал извращенное удовольствие от того, что не мог. От того, что делал… Но не от её реакции. Вот если бы она сама…

И будто это не мои руки рвали на ней тряпки. Будто не мои зубы раз за разом впивались в её нежную кожу. За волосы оттягивал её голову назад, открывая доступ к шее. Это было охрененно, если бы я не видел её ужас и следы своих когтей и зубов…

Словно в моем теле был ещё какой-то другой зверь, который не жалея самку, исполнял все мои тайные желания с ней.

Не отвлекаясь на её эмоции. Но так же нельзя!

Черт.

Когда она перестала сопротивляться, обмякнув в руках, я, да и он, мы оба восприняли это как признание её принадлежности и покорности. Пусть она и боится меня пока, но очень скоро всё изменится.

Девочка чуть дрожала – ей холодно? Я согрею…

Какая же вкусная. Сожрал бы. Но тогда её не станет. А она теперь – мой воздух. Моя жизнь. Мой смысл.

Я приподнял её, уже послушную, и чуть двинул на себя, пристраиваясь у входа в такое желанное тело.

Хотел бы быть мягче, но то сумасшествие, что мною владело, ещё не отпустило. Поэтому вошел резче, чем планировал. Она вскрикнула, хоть и была немного влажной – тело откликалось на выбравшего её самца, всё правильно, чем возбудила внутреннего монстра ещё сильнее.

И я уже не мог сдерживаться, раз за разом насаживая её на свою твердую плоть. Как же в ней хорошо. Тепло и туго. Мог бы – растянул эти минуты навечно.

На пару мгновений даже забыл, что своими резкими движениями причиняю ей боль – слишком хрупкая мне попалась. Но сопротивляться наваждению сейчас не мог совсем.

И снова, я хотел бы кончить на неё, чтобы она вся пахла мною, и не так быстро. Но чудовище, которое сейчас управляло моим телом, не сдержалось, снова исполняя мои тайные желания – завести потомство.

Получив разрядку, я расслабился, и мои руки отпустили её, а самочка вновь ударилась о пол.