Отвернись. В плену у зверя

Теперь, когда она точно моя, я мог бы и уйти поохотиться. Она уже мне принадлежит. Даже без метки. Надо принести ей пищу. Только…

Девочка была такая жалкая на этом земляном полу, что-то шептала, жмурилась, прикусывала губки. И мне вдруг захотелось ещё побыть с ней. Убедиться, что всё в порядке.

Чуть приподняв её безвольную тушку, перетянул к себе на колени и начал обнюхивать. Внутренний монстр требовал пометить сейчас же. И даже заставил склониться над её шеей и коснуться клыками той самой жилки, что так сильно билась.

Я уже готов был укусить, когда она закрыла глаза и обмякла. А вместе с тем от неё повеяло безысходностью…

Глава 3

А ещё я учуял кровь. Много крови. Для неё.

Поняв, что самочка всё еще продолжает опасаться – и теперь причины у неё были из-за моего поведения, которое обескуражило даже меня, я пересилил наконец наваждение. И, конечно, спрятал зубы.

Только лизнул её. Не удержался. Жаль, что без метки не чувствую её почти. Как будто она не рядом, а где-то за тысячи километров.

Но то, что она боится, было ясно и без того. Девчонка дрожала как щенок под дождем, зажималась, стараясь прикрыть грудь.

– Зачем, глупая? Ты же вся моя теперь.

Она не понимала меня. А я не понимал, откуда изначально взялся этот страх. Да нежным не был, наверное, не прям приятно, но чтоб вот так на меня смотреть… Разглядывал её, силясь разгадать феномен неправильной самки. Не выходило.

Снова не удержавшись, прижал её тельце к себе, глубоко вдохнул. Какая же вкусная девочка.

– Моя, – успокаивал я её, когда почувствовал, что самочку трясёт.

Так, а вот это вообще ненормально. Она малышка совсем, нужно скорее проверить, не причинил ли ей вреда, пока был не в себе.

Осторожно ощупывал тело, стараясь не задевать когтями. И параллельно зализывал ранки на коже от своих же зубов. Вот долбоёб! Разве так можно с такой странной самочкой. С другой, что приняла бы сразу и была бы покрепче – можно, а с этой надо иначе же…

Нельзя обижать.

Когда трогал её грудь, едва снова не утратил самоконтроль. И вдруг, раздвинув стройные ножки, опять почуял кровь. Оттуда. А она болезненно вскрикнула.

Медленно, боясь заметить непоправимое, я обнюхал её живот, а потом и сокровенное местечко между ножек. Паника охватила все мое существо, и разум, и тело. Я порвал её! Свою нежную самочку. Знал же, что она не крепкая. Аккуратно нужно было брать.