Канарейка

– Права не имеет, а возможность может и подыскать.

– Ничего не поняла. Да скажи толком.

– А-а-ай! Пошли уже, некогда. Догонять надо, пока наше отсутствие не привлекло внимание. Просто слушай, что говорю, и никуда не суйся. И вопросов не задавай. Особенно при Эрвен.

– А она что? Спокойная такая, молчаливая. Никуда не лезет. А-а-а… Так это она? Тихоня, значит…

– Всё, не болтай. – Аврора выпихнула меня из укрытия, верно сообразив, что иначе этот поток вопросов не остановить.

– Обещай, что расскажешь о планах настоятельницы в отношении меня.

Этот вопрос нельзя было оставить недосказанным.

– Потом. – прошелестела спутница.

Мы как раз подходили к столовой, и лицо Авроры приняло привычное безучастное выражение. В следующий раз поговорить довелось только через день. Теперь, зная от кого в самом деле ждать подножки, я и сама заметила, что Эрвен как-то постоянно находится не только в поле зрения, но и слышимости. Ну и я у неё, соответственно, тоже. Неприятное ощущение.

Пришлось напряжённо караулить, когда личные уши матушки Тейлы вызовут с докладом. Тут уж не выдержала, засунула старшую в кладовку с уборочным инвентарём и выпытала всё, что той было известно.

Как здесь в оба края функционировала шпионская сеть получения информации – она так и не призналась. Но рассказала, что старуха задумала прямым подкупом убедить моих родственников оставить "чудный голос, привлекающий новые души к вере и свету" в монастыре. То есть, готовила мне участь самой Авроры.

Надо думать, если перспектива навязанного замужества казалась неприемлемой, то новая версия будущей жизни, придуманная настоятельницей – вообще катастрофа. И ведь никто не гарантирует, что родственники не поведутся на её коврижки.

– Ясно. Раз уж я упрямо отказываюсь умирать от истощения, старая жаба решила попытаться до конца дней привязать меня к церкви. И к своей ноге. – раздражённо-решительно всовывая в руки растерявшейся Авроры тряпку и ведро, размышляла, грохоча своим, – Мой выбор очевиден.

– Зачем? – удивлённо поинтересовалась собеседница, указывая на инвентарь.

– А что мы ещё тут с тобой вдвоём можем делать, как не проявлять инициативу к наведению чистоты? Тем более, что пол в спальне и в самом деле давно стоит помыть.

– Мало тебе дел за сегодня, что ли, было? Теперь ещё и тряпкой махать.

– Ну, извини, больше ничего не пришло в голову. Здесь не так много мест, где можно спрятаться и поговорить. Слушай, скажи честно.