Агентство «Острый нюх». По следам приключений

Степан аккуратно подхватил зверя, закутал в куртку, совершенно не обратив внимания на грязь, и они с Варварой поспешили домой. Там, отмыв найдёныша, обнаружили, что она – снежно-белый песец, действительно девочка, и Варвара, увидев израненные до крови подушечки, тут же начала хлопотать с отварами и мазями. Малышка, видимо, утомлённая и уставшая, послушно позволила перевязать себя, только вздыхала иногда. Степан одновременно кормил её с ложечки куриным бульоном, очень кстати оказавшимся в холодильнике. Судя по худобе, есть песцу следовало осторожно, чтобы желудок выдержал.

– Кто же ты такая, маленькая? – бормотала Варвара, ловко перебинтовывая лапки животного. – До утра потерпишь с оборотом, чтобы лекарства подействовали? – она вопросительно глянула в чёрные глаза песца.

Оборотница же совершенно неожиданно икнула, хвостик вяло махнул из стороны в сторону, и девочка зевнула, показав свёрнутый колечком розовый язык. Степан отставил миску с бульоном, потрепал разомлевшего песца между ушами и добродушно усмехнулся.

– Пойдём спать, – проговорил он, легко подхватив зверька. – Очнёшься, расскажешь, что с тобой приключилось.

Ведьмак отнёс задремавшего найдёныша в гостевую комнату, уложил на разложенный диван и заботливо прикрыл одеялом – вдруг девочка проснётся и ночью решит обернуться.

– Халат здесь, – Степан указал на стул, где аккуратно висела одежда Варвары. – Большеват, но пока больше ничего нет. Спокойной ночи, малышка, – тише добавил он и аккуратно прикрыл дверь.

Зверёк свернулся клубочком, сунув нос в пушистый хвост, и моментально уснул, умиротворённо засопев. Тепло, сухо и в безопасности – и лапки не болят. Хорошо…

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ. ЖЕНИХ С ТОГО СВЕТА.

Волной морозной свежести коснулся тонкий запах,

И флёр душистых ландышей так сладок…

По коже словно изморозь зимой коснулась,

В душе весна от сна внезапно встрепенулась…

Глава 1

Вздрогнув, я открыла глаза и уставилась в потолок, отметив, что в спальне ещё густой полумрак – значит, до утра как минимум несколько часов.

Опять этот сон четырнадцатилетней давности, как меня нашли мои приёмные родители. Что со мной случилось до того, как оказалась в одном из питерских дворов, я не помнила до сих пор, и память не спешила возвращаться. Только имя своё и знала. Поначалу пыталась что-то выяснить, но почему-то внутри поселился иррациональный страх, до паники, едва начинала думать, кто же я такая и откуда.