Дикая и опасная

– Чё крадёшься, как привидение? – резко ответила я, снова отвернувшись – альбинос загораживал проход, а приближаться к нему не хотелось, вряд ли он позволит оттолкнуть себя и дать мне уйти. Достала новую сигарету, прикурила. – Чего пришёл? Мало места наверху?

– Могу задать тот же вопрос, – спокойно отозвался он и приблизился, остановившись за спиной, но не касаясь меня.

Отчего-то не сомневалась – вздумаю отойти, не получится. Устраивать тут возню, чтобы избавиться от Вердена, не хотелось, ну и дерётся он всяко лучше.

На крайняк, если полезет снова, огребёт расстройство желудка часика на три.

– Погрустить захотелось, – ляпнула я, чуть не прикусив с досады язык – вроде всего-то пару глотков шампанского сделала, какого фига откровенничаю тут?! И перед кем… – Верден, оставь меня, а? – устало попросила я. – Не порть и без того поганое настроение, хотя бы в праздник? Дай одной побыть…

Вместо ответа он молча обнял одной рукой, прижав к себе. Я снова дёрнулась, возмущённая поведением красноглазого, но Тим тихонько произнёс, наклонившись к уху:

– Ш-ш-ш, Сонь, перестань.

В душу лезть не буду, но одну не оставлю, извини, – и столько решимости звучало в его голосе, что я поняла – сопротивляться бесполезно. – Давай просто помолчим вместе, м-м?

Психолог недоделанный. Никуда не девшаяся грусть растворила тлеющее раздражение, я подавила вздох и расслабилась. Не пристаёт, и ладно, а с ним теплее, тут, под лестницей, сквозняки гуляли будь здоров, на улице минус десять и лёгкий снежок.

Когда надо, Верден становился просто душкой, и я иногда поражалась, как точно он угадывал моменты. Вот сейчас мне совершенно не хотелось показывать колючки, и было честно говоря параллельно на его присутствие. Обнимал, согревал, и хорошо. Уютно, тепло и ненапряжно.

– Скучаешь? – раздался через некоторое время его тихий голос, и я как-то сразу поняла, что он о родителях. – У тебя аура синющая, – счёл нужным пояснить Верден и осторожно убрал мне за ухо короткую прядь.

Ну да, когда грустим, синеем. Я молча кивнула, не вдаваясь в подробности. Если видит, чего говорить.

– Мои развелись несколько лет назад, мама в Ригу уехала, папа здесь остался, – продолжил Верден, и я немедленно удивилась, чего это его на откровенности потянуло. – У него свой эзотерический салон, он не захотел бросать. А маме надоело.

– Батя знает про Институт? – после небольшой паузы всё же спросила я.