Варшавские «Пантеры»

Всего тысяча винтовок, шестьдесят семь пулеметов, три сотни автоматов, полторы тысячи пистолетов, двадцать пять тысяч гранат. Еще пятнадцать минометов. Боеприпасов без поставок извне хватит на три–четыре дня боев, продовольствия – максимум на неделю.

– Ерунда, – возразили ему. – Русские будут тут максимум через два дня. До того момента мы нанесем немцам существенный ущерб и возьмем город под контроль. И еще оружие добудем в бою у немцев.

Планы польского «Правительства в изгнании», сидевшего в Лондоне, предусматривали еще и высадку польской парашютно-десантной бригады, и массированную поддержку восстания силами западных союзников в первые же дни боев, и сброс грузов с самолетов – и были пшиком с самого начала.

Ни в плане военной помощи, ни в плане снабжения восставших оружием и припасами – не был готов никто. Но останавливать раскрутившийся маховик военной машины было поздно.

А сам Гитлер, получив известие о начале восстания, отдал приказ:

– Стереть город с лица земли! Вместе со всем населением! Чтобы неповадно было никому больше в Европе такое вытворять!

Солдаты вермахта спешно грузились в эшелоны.

На платформы при свете прожекторов с лязгом забирались танки. В глубинах рейха уже стучали на стыках рельс колеса тяжелых железнодорожных составов, выдвигающихся к польской столице.

День второй. Огнем и гусеницами.

Спали все тревожным, неглубоким чутким сном, но все же проснулись относительно отдохнувшими около семи утра, когда солнце стало пробиваться через сгустившиеся за ночь облака над столицей.

Несмотря на стрельбу в соседних кварталах, на Окоповой улице до девяти утра было тихо.

Продрав глаза, Витольд, зябко поежившись, пошел осмотреться, повесив на плечо МП40. Заодно и облегчился за углом дома без лишних глаз. Вокруг него была обычная городская застройка – трех- и четырехэтажные многоквартирные дома, брошенные своими жителями, либо ушедшими отсюда из–за военных действий, либо выселенными ранее немцами в ходе чисток.

Кое-где уже успели побывать мародеры: в ряде квартир были выломаны двери, и в комнатах царил бардак – содержимое шкафов, столов и комодов было вывернуто прямо на пол, ветер гонял по комнатам пух из разодранных перин и подушек.

– Пожрать бы, – вслух сказал кто-то из повстанцев. То ли Рык, то ли Зенка – Вит не понял.

Со снабжением едой у повстанцев, мягко говоря, было не очень, как и с оружием, и с боеприпасами.