Назло папе куплю маму

Красивый треугольник бледной груди был украшен золотым медальоном. Сам халат был длинным и тащился по комнате, словно мантия за королем.

– Икебану маму, – выдохнула я, видя, как хозяин приводит себя в порядок. В этом халате он казался роскошным принцем. А я искала свое полотенце Золушки.

– Мама! Папа! – послышался голос в коридоре. – Нужно купить все необходимое для Магической Академии!

Отец изящно сидел в роскошном кресле с бокалом, который он небрежно зажимал между указательным и средним пальцем.

Содержимое бокала перекатывалось по стенкам бокала, а меня слегка мутило. Внимательный взгляд из-под темных ресниц следил за тем, как я с трудом сдерживаю прекрасные порывы желудка.

– Извини, сынок, – послышался вкрадчивый голос, пока я по мере возможностей полотенца прятала от ребенка то место, откуда он появился на свет. – Но папа под домашним арестом. И не имеет права покидать поместье. Как думаешь, почему, сынок?

Глава седьмая

Он поставил локоть на подлокотник, положил на нее острый подбородок и улыбнулся, не разжимая губ.

– Ну и не надо! – заметил юный кровосос, беря меня за руку. – Я пойду с мамой! Пойдем, мама! Пусть все видят, что у меня есть мама!

– Завтрак готов, – послышался голос Сморчка. – Прошу к столу. Господин Дэнфер, я подготовил вашу одежду.

Завтрак это хорошо! Завтрак я одобряю! Я даже сглотнула, представляя картофельное пюре, зеленый горошек и котлетку.

Впереди нас шел красавец – отец. Алый халат, словно змея полз за ним по полу.

Я смотрела на светлые волосы, потом переводила взгляд на подчеркнуто широкие плечи и узкую талию, обернутую пояском.

Хоть и с геометрией в школе у меня было слабенько, но я испытываю слабость к мужским треугольникам и кубикам.

Меня ужасно подмывало наступить его величеству на вечно ускользающий из-под ноги хвост халата. Искушение было настолько сильным, что я едва сдерживала свои хулиганские порывы.

И тут я увидела как маленькая ножка в дорогом ботиночке, наступает на халат, а тот сползает, обнажая разлет плеч.

Молниеносное движение головы, заставило меня опомниться.

– Кто это сделал? – послышался голос, а халат снова спрятал плечи. Рядом со мной стоял самый серьезный ребенок на свете и держал меня за руку.

– Я, – вздохнула я, посмотрев на маленького домашнего тирана. – Случайно. Извини.

– Извиняю, – послышался ледяной голос. Хозяин одернул халат и направился по коридору.