Венец Безбрачия

Пока папа клятвенно божился, что поймал их в местном озере, мама соглашалась, заявляя, что экология у нас нынче так себе.

– Мало, устрица, мало! – жаловался русал, глядя на меня, как кот, которого внезапно и подло решили искупать добрые хозяева-живодеры.

Время было позднее, круглосуточных магазинов поблизости не было, поэтому я вздохнула и решила пойти по соседям. Матвевна сплюнула на меня три раза, глядя на часы и вытолкала за дверь со словами: «Чур меня! Ведьма!» В итоге профессиональная побирушка в моем лице насобирала килограмм соли под предлогом засолки рыбы, закрутки огурцов, варки супа на ночь глядя.

Высыпав всю соль в ванну, я взяла с кухни ложку и размешала водичку. Отлично! Сверху я сгрузила собранные в коридоре водоросли и ракушки.

– Чувствуй себя как дома! – ласково улыбнулась я, развешивая сопли водорослей по ободку ванны.

– Я есть хочу, устрица! – заявил повеселевший русал, выныривая из воды. Мокрые волосы эротично разметались по красивым плечам, а аппетитные губы капризно надулись.

– Есть гречка. Принц не доел! – мрачно буркнула я, закатывая глаза и плетясь за тарелкой. – Вот! Ешь!

Русал скривился так, словно мимо проплывало использованное резиновое изделие и другие результаты прорыва канализации. Ему-то какая разница? Вы местные водоемы видели?

– А устрицы? Омары? Кальмары? Мидии? Креветки? – осведомился русал, хищно улыбаясь и закрывая жабры. – Можно лобстера или крабов. Если нет, то вполне сойдет и осьминог!

Я причмокнула, изучая потолок и вспоминая цены на морепродукты.

Меня внезапно вывел из великой экономической депрессии громкий всплеск. Килька и крабовые палочки. По четным дням – килька, по нечетным – крабовые палочки. На Новый год – селедка под шубой! Иногда с премии – ставридка. Копченая. Можно купить корм для рыбок. Сбалансированный. Но что-то мне подсказывает, что от такого рациона мой русал очень скоро всплывет в моей ванне брюхом вверх.

– Устрица! Глянь, у меня есть полипы? – раздался голос аккурат в тот момент, когда я с улыбкой вспоминала морского котика из дельфинариума, который выслуживался за рыбку.

Я уже представила, как держу на весу путассу за хвостик, а передо мной радостно хлопает хвостом моя верхняя мужская половинка. Смертельный номер! Стойка на хвосте! «Я не могу! У меня полипы!» – простонала та самая верхняя половинка, подползая ко мне поближе.

– Это тебе к лору надо! – огрызнулась я, понимая, почему меня никогда не привлекала рыбалка.

– К кому? – удивился русал, дуясь на меня.