Книжный магазин с привидениями

Мой бизнес рекламируется умами, которые я стимулирую. И позвольте мне сказать вам, что книжный бизнес отличается от других профессий. Люди не знают, что им нужны книги. Я могу видеть, просто глядя на вас, что ваш ум болен из-за отсутствия книг, но вы блаженно не осознаете этого! Люди не идут к книготорговцу, пока какой-нибудь серьезный психический несчастный случай или болезнь не заставит их осознать опасность. Потом они приходят сюда. Для меня реклама была бы так же полезна, как и указание людям, которые чувствуют себя прекрасно, что им следует обратиться к врачу.

Знаете ли вы, почему люди сейчас читают больше книг, чем когда-либо прежде? Потому что ужасная катастрофа войны заставила их осознать, что их умы больны. Мир страдал от всевозможных психических лихорадок, болей и расстройств и никогда не знал об этом. Теперь наши душевные муки слишком очевидны. Мы все читаем, жадно, торопливо, пытаясь выяснить, после того, как неприятности закончились, что случилось с нашими умами.

Маленький книготорговец уже встал, и его посетитель наблюдал за ним со смешанным чувством удивления и тревоги.

– Знаете, – сказал Миффлин, – мне интересно, что вы сочли нужным прийти сюда. Это укрепляет мою убежденность в удивительном будущем, которое ждет книжный бизнес. Но я говорю вам, что будущее заключается не только в том, чтобы систематизировать его как торговлю. Оно заключается в том, чтобы возвысить его как профессию. Бесполезно издеваться над публикой за то, что она жаждет дрянных книг, шарлатанских книг, лживых книг.

Врач, вылечи себя! Пусть книготорговец научится знать и почитать хорошие книги, он научит покупателя. Жажда хороших книг более общая и более настойчивая, чем вы могли бы себе представить. Но это все еще в некотором смысле подсознательно. Людям нужны книги, но они не знают, что они им нужны. Как правило, они не знают, что книги, в которых они нуждаются, существуют.

– Почему бы им не сообщить об этом с помощью рекламы? – Довольно резко спросил молодой человек.

– Мой дорогой друг, я понимаю ценность рекламы. Но в моем случае это было бы бесполезно. Я не торговец товарами, а специалист по приспособлению книги к потребностям человека. Между нами говоря, абстрактно нет такой вещи, как "хорошая" книга. Книга "хороша" только тогда, когда она удовлетворяет какой-то человеческий голод или опровергает какую-то человеческую ошибку. Книга, которая хороша для меня, скорее всего, будет ужасна для вас.