Маленьких все обидеть норовят!

Вора быстро поймали, собирались казнить, но в тот момент, когда на шее уголовника уже почти затянули петлю, явилась сама Кринана и сказала, что согласна простить провинившегося, если найдется дева, решившаяся взять его в законные мужья.

Неизвестно, чего на тот момент добивалась богиня, но факт остается фактом – едва прозвучали последние слова, как на помост ринулась добрая сотня дам, засидевшихся в старых девах (в ту пору браки заключали рано, лет в четырнадцать-пятнадцать) и уже и не мечтавших выйти замуж.

Палача, примерявшего в уме сапоги казнимого, попросту снесло с эшафота. Парня же буквально сдернули с виселицы и потребовали выбрать счастливицу.

Говорят, вор – хрупкий, восемнадцатилетний полуэльф, оглянувшись вокруг и увидев окружившую его хор-рошую такую толпу, состоящую сплошь из теток далеко за пятьдесят (очень далеко, если уж быть честным), слезно умолял палача повесить его…

Уж не знаю, кого там выбрал тот вор, но когда через пару месяцев решили казнить кого-то еще, на помост выскочила девушка, кричащая, что сама Кринана явилась ей и повелела обвенчаться с преступником… С богиней спорить не решились.

И никому как-то не было дела до того, что казнимый был знаком с вышеупомянутой девушкой чуть ли не с детства.

Потом сорвалась еще одна казнь…

И еще…

В Темной империи обычай спасания преступников путем взятия замуж не сложился – кто захочет спорить с Властелином, чьим именем выносится любой смертный приговор? А вот в светлых землях…

И сейчас я, похоже, стал очевидцем претворения данного обычая в жизнь.

Мне-то что, мне ничего… А вот рыжику, похоже, «повезло».

«Уверен?» А что не так? «Думаешь, здесь, в светлых землях, просто так отпустят истинного оборотня?!» – в голосе Дариэна звучала неприкрытая усмешка.

И вот почему-то у меня сложилось впечатление, что он прав…

Наверное, потому, что судья встревожено запрыгал вокруг Аэлиниэль, уже успевшей вытащить откуда-то из-за пояса короткий кинжал и успешно перепилить им нефрейные веревки на Шамите.

– Это запрещено! – отчаянно возмущался судья. – Обычай относится к тем, кто совершил преступление, запятнал свою душу! А оборотень нечист от рождения!

«Рыжику самое время встать в гордую позу и заявить – „Я недавно купался!“» – фыркнул Дариэн.

Оч-чень смешно! Ну вот просто обхохочешься! Особенно, если к этому добавить, что хоть я и проталкивался сквозь толпу, но у меня это получалось намного хуже, чем у Аэлиниэль. Не говоря уже о Михшуле.